Книга Кехо, страница 136 – Дмитрий Билик

Слова были такие простые и выводы такие точные, что Юти споткнулась, чуть не растянувшись на камнях. Ослеплённая местью девочка никогда не задумывалась о подобном. Шесть имен ей было достаточно.

А Ерикан продолжил.

— И это лишь самое очевидное предположение. Я могу назвать тебе ещё несколько. Готова ли ты идти в своей мести до конца?

Юти подала голос не сразу, нервно облизав сухие губы.

— Ответы принесёт лишь новая смерть. И если понадобится, то не одна.

Рука Одарённой при этом сжимала под рубахой прихваченный из Теола конверт.

По большому счёту это нельзя было назвать бегством обратно в Пустошь. Потому что преодолев очередной крутой перевал, путники вернулись в Ближние земли. Ерикан шёл молча, напрямик через заливные луга, по одному ему известному маршруту. Вода хлюпала под ногами, однако учитель уточнил, что к дороге им выходить нельзя. И Юти была с ним согласна. Наверное, сейчас их ищут уже не только стражники Теола. Наглое вторжение в имперскую тюрьму, убийство её начальника и похищение пленника вряд ли пройдут мимо самого Императора.

О главном Вороне девочка думала всё чаще. Слова учителя подобно крохотным росткам упали в благодатную почву. И стали прорастать быстрее, чем Ерикан мог представить. Если бы не присутствие рядом Нараха, душа Юти так и продолжала бы терзаться сомнениями. Однако болтливость амиста помогала хоть немного отвлечься от дурных мыслей.

— В темнице есть не только нижний уровень для бедняков и забытых амиста, — вещал Нарах. — В противоположной стороне живут те, кто смог договориться с начальником тюрьмы.

— Договориться? — вспомнила Юти о серебряной утвари в донжоне.

— Они такие же узники, как и мы, — поспешил уверить ее амиста. — Но им дозволяется чуть больше. Камеры не такие тесные. И находится там меньше людей. Говорят, что начальник тюрьмы никогда не берёт деньги в обмен на услуги. Чтобы никто не мог донести на него. Лишь различные предметы из драгоценных материалов. Вроде как это подарки, а не взятка. Если подарок соответствовал просьбе, то её удовлетворяли.

— Любой каприз за ваши империалы, — подытожил Ерикан. И тут же ехидно добавил. — Но, если судить о твоём нахождении в общих камерах, отец решил не тратиться на непутевого сына.

— Его можно понять, — смутился Нарах. — Нужно поставить на ноги остальных сыновей.

— Не таких непутёвых, как ты. О старшем же можно забыть.

Амиста замолчал, грустно глядя под ноги, а Юти зло посмотрела на учителя. Она понимала причину неприязни Ерикана. Наставник желал поскорее избавиться от освобождённого пленника, считая, что они теперь ничем ему не обязаны. Только оставить Нараха сейчас, посреди Ближних земель, когда вокруг шастают имперские патрули, означало обречь его на верную смерть.

— Как вы проникли в тюрьму? — спросил спустя какое-то время амиста, явно уже позабыв о неприятных словах Ерикана.

Эта особенность Нараха тоже нравилась Юти. Он не умел подолгу горевать и огорчаться. Подобно крепкому дереву, засыпанному снегом и грозящему обломать ветви, амиста стряхивал всё ненужное и вновь распрямлялся.

— Позаимствовали вещи у вашего маркитанта, — ответила Юти.

— А его… — Нарах замолчал, предположив самое страшное.

— Нет, конечно, — усмехнулась девочка, сама не заметив, что в манере разговаривать стала подражать учителю. — Связали и оставили в овраге. Места здесь безопасные. Думаю, солдаты уже нашли его.