Книга Алхимики, страница 59 – Владимир Батаев, Тота Моль

Тишину леса нарушило тихое урчание. Настолько тихое, что Даниэлла решила, что это пустой желудок передаёт ей приветы. Но когда оно повторилось раз, другой, третий, девушка застыла. В глубине души жалея, что это не старшой со своей бригадой.

Откуда-то сверху, еле слышно, скользя когтями по гладкой поверхности дерева, спускался хищник. Даниэлла знала это урчание. Она бы узнала его даже на смертном одре. Хотя сейчас, можно сказать, была в паре шагов от него. Изумрудный ягуар — редкая хищная тварь — когда-то подобный жил во дворце покойного графа.

Девушка замерла, стараясь не дышать. К урчанию прибавился ещё один звук — отдалённо напоминающий мурлыканье кота. Пара. Самец, идущий впереди и самка, прикрывающая спину. В отличие от других хищных кошачьих, эти твари всегда охотились парами в дикой природе. По крайней мере, так говорилось в древних книгах. Потому что изумрудных, чтоб их, ягуаров давно истребили! Остались только невольные образцы у очень влиятельных людей!

Так какого кобольда эти двое сейчас над моей головой! — хотелось закричать Даниэлле. Но вместо этого она сидела, не дыша, стараясь всеми силами подавить в себе магический фон. Как учили на лекциях в академии. Первый курс. Медитируем. Представляем прозрачный купол, который накрывает тебя и сдерживает бушующее внутри пламя магии. Дышим медленно. Купол растягивается. Обволакивает всё тело. Каждый изгиб. Каждую клеточку. Накрывает сумки с реактивами. Укутывает эту чёртову лютню, чтоб Лиса козедубы драли!

Урчание прервалось тихим рыком. Почуяли!

Дышим. Дышим ме-е-едленно. Лис не стоит того, чтобы тебя из-за него сожрали! Дышим! Раз-два!

Пожалуй, можно было порадоваться тому, что старшой и его деревня были необразованными олухами и не знали о существовании таких вот кошечек. Они славились тем, что могли выследить любого мага, на любом расстоянии. В любом виде в прямом смысле этого слова. Хоть в живом, хоть в мёртвом. Поэтому, такие как Лис, охотники за всяким, очень быстро растащили кошечек на поисковые амулеты.

Тем временем ягуары спустились с дерева. В полумраке шерсть их словно искрилась изумрудной зеленью. Завораживающее зрелище. Жаль только, опасное и скорее всего последнее, что судьба позволит созерцать.

Самец, словно прочитав мысли девушки, повернулся к яме. Медленно, не спуская с неё глаз, двинулся вперёд. Если бы можно было провалиться сквозь землю, Даниэлла с радостью сделала бы это сейчас. Провалилась, просочилась, впиталась.

Зелёные глаза кошки, в которых сейчас плескался азарт погони за жертвой, неотрывно смотрели в глубину ямы.

Дыши! Дыши, кому говорю! Мы в коконе! Нас тут нет! Я — корень! Травинка! Комок грязи, видишь⁈ Я не я вовсе! Тебе показалось! Иди за свинкой! Она побежала во-о-он туда! — как мантру про себя повторяла Даниэлла.

Зверь остановился в нескольких шагах от лаза. Девушке показалось, что он усмехнулся. В отдалении самка нетерпеливо переминалась с лапы на лапу, желая продолжить такой восхитительный гон.

Самец бросил ещё один взгляд в темноту корней и развернулся. Даниэлла мысленно вознесла хвалу всем богам всех возможных религий, которые только могла припомнить. Ягуар приготовился к прыжку. Но в последний момент словно передумал. Вместо этого поднял заднюю лапу, и Даниэлла лишь чудом успела зажать себе рот ладонью, чтобы не вскрикнуть. Чувствуя, как тёплая, вонючая жидкость стекает по волосам, пропитывает рубашку и скатывается в землю, девушка призывала проклятье всё тех же богов, которых могла вспомнить, на все племя кошачьих.