Книга Алхимики, страница 15 – Владимир Батаев, Тота Моль

Даниэлла нахмурилась.

Как будто кто-то нашёптывал в ухо эти бредовые мысли.

— Ага, все-таки менталист тут есть, — присвистнул довольный своей сообразительностью Лис.

— А чему ты так радуешься, а? — не выдержала алхимичка. — Как будто на всенародный праздник идёшь, а не в каталажку!

Лис пожал плечами, всем своим видом демонстрируя, что ничего страшного в их пленении он не видит.

— Подумаешь, стража. Это не стая разъярённых грифонов, у которых я однажды решил повыдёргивать перья.

— Зачем выдёргивать перья, когда их можно подобрать у гнёзд?

— А если это перья только что оперившихся птенцов?

Даниэлла уставилась на Лиса, как будто у него только что выросла третья рука.

— Ты серьёзно?

Тот равнодушно пожал плечами:

— Почему нет? Платили тройную цену. И ещё половину за срочность.

— Ты ненормальный! — выдохнула девушка.

— Всегда к вашим услугам! — Лис отвесил изящный поклон.

Но тут громила толкнул его вперёд, в сторону двери, и тот, едва не свалившись в пыль, пролетел вперёд.

— Стой здесь! — кивнул он Даниэлле и прошагал вместе с Лисом внутрь.

Даниэлла послушно осталась во дворе, перед резной дверью. Время потекло противно медленно и бесцельно. За последние пять минут она успела три раза пройтись из одного конца двора в другой и вернуться назад. Посчитать до ста. Сбиться. Начать заново. В очередной раз проклясть соплелова и местную стражу. И подумать о том, как же судьба несправедлива к ней.

И едва собралась перейти к размышлениям о побеге, как из приоткрытой двери послышался шум и крики.

В голове проскользнула соблазнительная мысль о побеге. Но удавка на шее тут же несильно сжалась, напоминая о своём существовании. Вздохнув и послав стаю гарпий на голову соплелова, Даниэлла шагнула внутрь.

В здании царил полумрак. И на удивление напрочь отсутствовали ароматы рудника. Прохладный свежий воздух вырывался из мелких решёток на стенах. Даниэлла с удовольствием вдохнула полной грудью, пытаясь избавиться от едкого запаха меркаптания, который словно застрял в носу.

В коридорах гудела толпа — настоящее столпотворение. Стражники и служивые повываливались из своих кабинетов, бурно обсуждая что-то. Кабинетные крысы, как их частенько называли за спиной — разжиревшие и отупевшие представители стражи. Элита местного закона и правопорядка. Сейчас они в своих потёртых темно-зелёных ливреях, едва сходившихся на толстых животах, с упоением обсуждали инцидент. Из обрывков разговоров Даниэлла поняла, что какой-то сумасшедший заключённый устроил попытку побега с нападением на главу конного подразделения.

— А тот как развернётся, как даст тому!

— А этот в стену отлетел!

— А тот на него сверху, как неясыть! И давай туда-сюда!

— Так ты ж не видел! Ты ж в архиве-то был!

— Зато слышал!

Даниэлла усмехнулась. Как обычно в таких ситуациях, тут же нашлась толпа свидетелей, которые что-то где-то видели и слышали.

С интересом девушка пробралась вперёд, чтобы получше рассмотреть виновников происходящего. И тут же тихо застонала.

У стены с заломленными руками и темнеющим фонарём под глазом стоял Лис. И, несмотря ни на что, сиял, довольный жизнью.

— А я его сделал! — с гордостью заявил он Даниэлле.

Все как по команде обернулись и уставились на неё.

— Молчать! — заверещал толстый коротышка, до этого прятавшийся за спинами стражников.