Книга Одаренный, страница 98 – Forthright

— Как обезьяны называют своих детенышей?

Удивление Го переросло в веселье.

— В дипломатическом отделе меня обучали всевозможным вещам, но я никак не ожидал интереса к процессам деторождения.

— Ой, что вы! – Тэмма яростно замахал руками. – Я совсем не о том, сенсей! Я спрашиваю для Инти, потому что он, похоже, мало что знает о своей нечеловеческой стороне.

— Не лучше ли тогда, чтобы он сам обратился ко мне?

Тэмма кивнул:

— Вот и мне так кажется. Может быть, он так и сделает, когда я расскажу ему, какой вы. Что вы приветливый, терпеливый и…

— И коричневый?

Мальчик смущенно кивнул. Коричневый – это было самое близкое определение той душе, которую он продолжал чувствовать, – щедрой, абсолютно реальной и совсем близкой, рядом с ним.

— Ты интересный. – Го осторожно взъерошил Тэмме волосы, и это немного походило на очередной сеанс ухода. Тэмма склонил голову, принимая прикосновения. – Большинство наших учеников-людей сторонятся такой близости, а ведь она является частью амарантийской культуры. Но Хармониус утверждает, что ты жмешься к другим в стае, как настоящий щенок.

Тэмма не совсем понял, хвалят его или подтрунивают.

— Разве не поэтому мы здесь? Чтобы узнать, что для каждого из нас считается обычным?

Го тихо рассмеялся, продолжая перебирать пряди.

— Твоя готовность принимать это необычна. Из-за нее мне даже трудно вообразить и понять историю о твоих страхах в первый день.

Глаза Тэммы закрылись будто сами собой. Он неопределенно хмыкнул:

— Видимо, это из-за чар Квена.

— А что, если я заберу их?

— Лапис уже пробовал. – Тэмма нахмурился, подыскивая слова. – Это похоже на сигнал тревоги: меня как будто в жар бросает, когда опасность близко.

— Интересно. – Го задумчиво опустил руки. – Я далек от мысли вмешиваться в твою беду. Доверься Лапису. А если увидишь, что твой новый сосед по комнате готов учиться обычным вещам, уговори его прийти ко мне, как к его соплеменнику.

Тэмма был в восторге от нового словца:

— Племя – это как стая?

— Официально. – Го ухмыльнулся. – Хотя многие спорят, утверждая, что для обезьян более подходящим собирательным существительным было бы шайка-лейка. В конце концов, мы же – один из кланов обманщиков.

— Обезьянья шайка-лейка?

— Я закажу вам в комнату гамак. Надеюсь, ты не боишься высоты.

Взгляд Тэммы устремился вверх.

— Не очень…

— Хорошо. – Го пощекотал его под подбородком. – Стаи жмутся друг к другу, а племена переплетаются.

Акира поглубже сунул руки в карманы и улыбнулся. Суузу любил выходить на улицу, и он не возражал против глотка свежего воздуха. Его друг страстно желал безопасности и порядка в их комнате в общежитии, но в не меньшей степени его влекло огромное и вечно меняющееся небо. Облака в свете заходящего солнца горели оттенками персика и коралла.

Ничего так, красиво.

Забавно, что он никогда раньше не задумывался о таких штуках. Но Суузу, похоже, вечно не хватало двух вещей – неба и моря.

Сколько времени уже он не летал? А сколько времени не был на морском побережье?

Наверное, с тех пор, как они были в Особняке, – уже несколько недель.

— Эй, ребята, ничего, если мы здесь остановимся? – Кимико умоляюще сложила руки. – Я быстренько!

— Конечно, – пробормотал Суузу. – Куда спешить.

Лавчонка. Не один из известных сетевых супермаркетов, а убогий маленький магазинчик, который, судя по виду, работал уже тогда, когда бабуля за прилавком была их ровесницей. Кими обожала маленькие магазинчики и, казалось, знала в Кейши все их наперечет.