Книга Одаренный, страница 88 – Forthright

Элоквент вспомнил свое изумление: «Как?»

Лауд притянул к себе племянника, прижался лбом к его лбу. И на мгновение показалось, что один из них – Собрат, потому что голос Лауда буквально проник в разум Квена, передавая слова слишком личные, чтобы их можно было произнести. Полюбить – значит вырасти.

Телефон Айлы тихо звякнул, и она наклонилась к Элоквенту, позволяя ему видеть экран, пока отстукивала краткий ответ.

Папка, я скучаю по тебе

Но мой друг скучает по тебе больше

Что это, kotenok?

Дразнишь своего старика загадками?

Кто там, пожалуйста?

— Вечно он издевается. – Айла говорила и стучала одновременно. – Kotenok – значит котенок по-русски, и он стал так меня называть, когда узнал, что Хисока-сенсей удостоил меня чести стать его ученицей.

— Тебе не нравятся кошки?

— Отчего же. – Она слегка надула губы. – Просто я не желаю, чтобы со мной обращались как с ребенком.

Элоквент Стармарк

Он в моей тройке

Мне кажется, он по тебе скучает

Объясни ему, как добраться до Особняка.

Стражи его встретят.

Или подожди капельку,

и я сам приду поздороваться.

Ты приедешь?

Скоро… и с подкреплением.

Айла заулыбалась шире:

— Это значит, что он еще кого-то привезет. О, хорошо бы это был Гинкго!

Скажи!!!

Не имею права.

Все шито-крыто.

Пора, спешу.

Поддержи Квена до моего прихода.

Скоро?

Конечно. Он рядом?

Ловит каждое твое слово

И улыбается

Элоквент понял, что она была права. В этот момент звонок возвестил об окончании перемены, и дверь класса со щелчком открылась. Перед глазами Квена мелькнул рыже-золотой мех, круглые глаза – в комнату, перепрыгивая через столешницы и вызвав волну удивленных восклицаний, ворвалась чья-то щуплая фигурка. Бумаги разлетелись. Трое волков из стаи Найтспэнглов приподнялись было, но удержались на месте, демонстративно заложив руки за спину.

Да, их незваный гость был напуган. И… он был незнакомцем.

В комнату с обеспокоенным видом влетел страж Скайбеллоу.

— Инти!

Головокружительный акробатический этюд закончился на возвышении рядом с госпожой Ривз, и учительница заговорила, перекрывая шум и не выказывая ни малейших признаков смущения:

— Класс, пожалуйста, поприветствуйте вместе со мной первого переводного ученика Нью-Саги.

Тэмма держался немного в стороне, радуясь тому, что Айла обретает то, что он называл про себя ее истинной формой. Она была удивительным ребенком: хорошо ладила со взрослыми, была до отказа набита знаниями и серьезно относилась к занятиям. Конечно, она разъезжала по разным местам. Элита высочайшего уровня. Но Тэмма понимал, что умненькие дети, в чем-то превосходящие своих сверстников, все равно остаются детьми. Поэтому ни разу не перебил ее, когда она забывалась и вела себя как двенадцатилетняя.

Его очень интересовали ее браслеты. Учитывая происхождение Айлы и то, кто был ее покровителем, Тэмма не удивлялся тому, что ей нужны чары. Знает ли она, как они работают? Вероятно. Они немного напоминали те, которые Лапис предложил создать для него. Гораздо более прочные, чем его бумажный листок, который так легко испортить или потерять.

Внезапный щелчок открывающейся двери отвлек Тэмму от раздумий, и он взглянул туда, откуда доносился шум. Мальчишка. Или это животное? Его растрепанные волосы и форма рта явно напоминали обезьяньи, но тонкие руки, сжимавшие дверной косяк, определенно были человеческими.