Книга Одаренный, страница 146 – Forthright

От головокружительного взлета у Тэммы, которого и так уже мутило, желудок ухнул куда-то вниз – он обнаружил, что беспомощно цепляется за Инти, а тот бесстрашно несется вприпрыжку по крышам.

Акира был польщен, что его включили в состав гораздо меньшей группы для визита в святилище Кикусава. Похоже, эта процедура с клятвами обычно была чуть ли не секретной, и только представители могли на ней присутствовать, чтобы все подтвердить официально. Но сегодня план был другим, чтобы Миябэ могли вернуть Стармаркам долг гостеприимства.

Арджент присоединился к тем, кому Акио Миябэ рассказывал об истории святилища и сокровищницах. Сайндер тоже заинтересовался рассказом, и было совершенно ясно, что после того, как Кими поцелуется с Квеном, остальные потребуют провести для них экскурсию.

Засунув руки поглубже в карманы, Акира побрел к дому, где Суузу наблюдал за какими-то последними деталями. Возможно, прихорашивал Кими.

Он подошел к входной двери, как вдруг та распахнулась. Отскочив в сторону, Акира уступил путь женщинам Миябэ – мягкий шелест нарядной одежды, сверкающие украшения для волос и накидки с меховой отделкой. Они болтали, хихикали и источали пьянящую смесь девичьих ароматов.

Должно быть, уже почти пора.

Вышел и Суузу. Дверь, захлопнувшись, оставила их в полумраке. Но, несмотря на недостаток света, глаза феникса смотрели так же зорко, как всегда. Он приблизился к Акире и принялся охорашивать друга с сосредоточенностью, выдававшей его душевное состояние.

— Что с тобой? – спросил Акира. – Из-за Кими можешь не переживать. Она все держит под контролем, особенно Квена.

— Он с радостью это позволяет.

— Я тоже за него рад, но волнуюсь за тебя. Серьезно, что не так? – Акира ткнул своего лучшего друга в бок. – Ты какой-то странный с тех пор, как Кими нам рассказала про эту штуку из их семейной сокровищницы.

— Да. – Подхватив его, Суузу подпрыгнул, поднявшись высоко над залитым лунным светом двором, прежде чем удобно угнездиться в ветвях Кусуноки.

Акира не протестовал. Суузу, видимо, нужен был укромный уголок, чтобы ответить. Не удивило его и то, что феникс начертил на их ладонях одинаковые символы. Значит, этот разговор предназначен только для их ушей.

Но время шло, а Суузу все молчал.

Отсюда не было видно гостей, скрытых от глаз листьями и навесами, где горячие угли и теплые напитки позволяли укротить ночной холод. Акира разглядел, как Гинкго играет с Кирие и Эвером, гоняя с ними по садовым дорожкам, освещенным каменными фонарями. Им давно уже пора было спать, и Кирие надолго не хватит, несмотря на все его возбуждение. Малыш не любил холодную погоду.

Суузу снова принялся за него, поправил прическу, куртку, шарф.

— Тебе тепло?

— Вообще-то все нормально, хотя, признаться, эта амарантийская ткань какая-то… уж очень тонкая.

— Ты замерз.

— Да все в порядке. Честно, – возразил Акира. – Нам надо потом сфотографироваться, чтобы сестренке показать. И Цзуу-ю.

— Гм. – Суузу старался своим телом укрыть Акиру от ветра. – Ты хорошо выглядишь в моих цветах.

Акира разволновался:

— Есть что-то такое, о чем ты не можешь говорить?

Его друг прощебетал тихую трель:

— Все мои тайны – твои, но эта… деликатная.

— Мы справились с массой деликатных вещей. – Акира улыбнулся. – Помнишь историю с шерстяным свитером?