Книга Несравненный, страница 52 – Forthright

— Дружелюбны ли здешние ветра?

Кирие покраснел:

— Как всегда.

— Куда они хотят тебя направить?

Это было похоже на игру, только Кирие не играл. Он действительно извлекал впечатления из воздуха. Лапис понял первым и стал петь баллады – порой грустные, порой глупые, порой нежные – о драконах и о том, как они переплетаются с эльфами ветра. Кирие надеялся, что некоторые из этих историй правдивы. Он будет рад повстречать легкий бриз или неистовый шторм. Может быть, даже муссон.

Кирие указал в сторону Зисы:

— Назад, но окольными путями.

Лиля никогда не сомневалась в его словах и всегда ему доверяла. Было приятно, что ему верят, даже когда самая правдивая правда кажется невозможной.

— Что мы найдем?

Кирие навострил уши и прошептал:

— Кто-то снова поет.

Вдали от хижин и залов анклава Гардов Лиля могла притвориться, что находится в лесу, окружающем Особняк. Они с Кирие часто там бродили, ведя за собой целый отряд маленьких метисов или разыскивая отставших.

На миг ей показалось, что она видит, как исчезает высоко в ветвях полосатый хвост Гилена, а Тауни следует за ним по пятам. Что слышит строгий голос Мори, который напоминает всем не разделяться. Сейчас она скучала даже по Нонни, который донимал и дразнил всех, кроме дяди Джеки.

Кирие остановился, рассматривая скопление грибов, которые росли на стволе дерева, как ступеньки, и сказал:

— Джарра предложил бы проверить, кто лучше лазает.

Это была чистая правда.

— Финник уже потерял бы ботинки, – добавила Лиля.

— Диса умоляла бы взять ее на ручки.

— Райф сдался бы первым. – Лиля крепко зажмурилась. – Жаль, что мы не могли привезти сюда всех.

Кирие ответил с тоскливой улыбкой:

— Мы скучаем по ним, потому что любим. Они – часть нас. Наша семья.

— Может, попросим у Гинкго телефон? Напишем им.

— Да. Хорошо. – Кирие приложил палец к губам. – Кажется, мы почти пришли.

Лиля прислушалась, но не услышала ничего, кроме птичьих криков и шелеста листьев в вышине.

— Я скучаю по морю.

— Я хочу залезть на гору.

План был хороший.

— А можно?

— А почему нет?

Петляя, Кирие обогнул вершину холма, прошел через пастбище и миновал ограду, столбики которой были увенчаны кристаллами. Дети оказались в глубине территории, накрытой огромной кроной Зисы. Кирие протащил Лилю через очередной барьер, и оказалось, что по эту сторону дерева все выглядит иначе. У Ваасейаа был дом побольше, а у Зисы – совсем крошечный. Но было еще третье здание, увитое ползучей лозой, почти без окон, но с большой дверью. Сарай?

Кирие хотел именно туда, и они пошли туда.

Теперь Лиля слышала пение. Пел густой, сладкий, явно женский голос. Кирие попробовал открыть дверь, и панель легко сдвинулась в сторону. Пение не прекращалось. Закрыв за собой, они тихонько направились на голос.

Лиля догадывалась, куда они попали. В поместье Стармарков тоже были такие постройки. В убежищах Собратьев всегда царили уютные запахи сухой соломы и теплого меха.

Пение стихло, и незнакомый голос радостно воскликнул:

— Какой сюрприз! Если не ошибаюсь, у нас гости.

Поколебавшись лишь на миг дольше, чем Кирие, Лиля заглянула за угол.

Прекрасная дама полулежала между передними лапами столь же прекрасной волчицы. Белые волосы. Медные глаза. Наверняка они тоже родственницы Эвера.

Женщина усмехнулась, отчего ее улыбка стала еще шире, и поманила детей к себе: