Книга Несравненный, страница 38 – Forthright

— Она еще ребенок. Дай ей побыть ребенком.

— Ага. Скажи это Блеску.

— Не думай, что я не скажу. – Его губы дрогнули. – Но пока в ее комнате сидишь ты и примериваешься к ней.

— Я буду изгнан?

— Не мой сад, не мое дерево, не мое решение.

Гинкго прижал к себе ребенка, который в данный момент использовал его плечо в качестве подушки. Пухлая ручка потянулась к Сайндеру, и тот настороженно отпрянул.

Заметив нитки бус на запястьях, Сайндер спросил:

— Кто это?

— Грегор. Сын Тимура. – Гинкго поймал цепкие ручонки и положил подбородок на головку ребенка. – На это лето я его нянька. Официально.

Сайндер не оставил намек без внимания:

— В лесу тренируется отряд новобранцев. На это лето я их добыча. Официально.

— А… неофициально?

Зная, что их объединяет, Сайндер воспроизвел ворчание Буна:

— Чем меньше слов, тем лучше.

Гинкго сделал рукой волчий жест:

— Я никому не скажу, если ты никому не скажешь.

Официально они не были знакомы, и у обоих оставалась лазейка – они могли все отрицать. Но даже без обмена именами Сайндеру нравился тон разговора. Особенно то, что Гинкго выдавал, ни в чем не признаваясь.

Сайндер наудачу спросил:

— Насколько вероятно, что ты позволишь мне торчать тут?

— Ни за что. – Уши Гинкго опустились. – Есть соображения приличия. И собственности. Ничего личного.

Сайндер был оскорблен:

— Я здесь не для того, чтобы ухаживать за твоим маленьким маячком.

Гинкго фыркнул:

— Думаешь, это помешает ей привязаться к тебе? Взгляни правде в лицо, Дева. Не зря этот возраст называют впечатлительным.

Это сразу отрезвило его.

Маяки были людьми, но вместе с тем и товаром. Многие амаранты ставили знак равенства между сильными душами и властью, славой или безопасностью. Любой… нет, каждый повелитель драконов желал бы добавить такую душу в свой гарем, надеясь вернуть себе небо. Каждый анклав хотел бы иметь такой якорь. А каждый род хотел бы иметь маяк, чтобы хвастаться им.

Сразу после совершеннолетия Лиля сможет выбрать себе мужа. Но в нынешних условиях, когда общественное мнение благосклонно к межвидовому скрещиванию, эта юная леди сможет выбирать не только из людей.

Арджент определенно будет защищать ее интересы и ограничивать выбор.

— Уведи меня отсюда. – Вскинув руки, Сайндер пробормотал: – Точнее, уведи отсюда ее. Или ты не заметил, насколько любвеобильно это дерево?

Окинув комнату настороженным взглядом, Гинкго наклонился так близко, что его дыхание коснулось лица Сайндера.

— Не так уж плохо, если ей здесь понравится. Ваасейаа как раз временно не женат.

Сайндер выругался. Дважды. Затем взмолился:

— Выпусти меня.

Он осмотрел комнату, но Тимура не было. Как и старосты. А Зиса, похоже, заманил детей к себе, пообещав еду. Очень похоже на дерево. С ними остался единственный, с кем Сайндер не был знаком.

Ваасейаа улыбнулся Грегору, потом Гинкго. Посмотрел в лицо Сайндеру:

— Я не мог не услышать.

Сайндер бросил виноватый взгляд на Гинкго и спросил:

— Что именно?

— Ты хотел бы остаться. – Мужчина присел на край матраса. – Вряд ли это удивительно. Ты спал здесь в безопасности. Это своего рода связь.

Совершенно верно.

— Мой брат очень хотел с тобой познакомиться.

Сайндер вымученно улыбнулся:

— Он – что-то с чем-то.

Ваасейаа кивнул:

— И ты тоже. Так получилось, что ты наш первый дракон.