Книга В созвездии Семицветика, страница 82 – Виктор Стогнев

На Фуэргосе Зич, как химик, сразу же устроился довольно неплохо. Террористы, убийцы, бандиты составляли большинство контингента и занимались дележом привилегий, но кому-то же нужно было заниматься и поддержанием жизнедеятельности колонии — специалисты ценились очень высоко. И бывшим его коллегам по изготовлению наркотиков быстро это объяснили старшие товарищи, сплошь политические заключённые. Именно политические составляли каторжную элиту — пусть бандюги моли поотрывать им головы, но всем нужно чем-то дышать, что-то есть, и порой обращаться к врачу. Да и головы поотрывать оказалось совсем непросто, ведь многие политические тоже были боевиками, террористами, только идейными. А Зич Шуи мало того, что устроился в инженерно-техническом секторе, ещё и встретился с Грюи, конечно, возобновил отношения и многого добился. Вожаки политических допустили его к работам с артефактами, они просто вынуждены были это сделать. Беда в том, что желающих с ними работать не находилось — нормальный человек только приближаясь к этим чудесам испытывал лёгкое беспокойство, быстро переходящее в безотчётный ужас. Зич с помощью Коба и Рори нагнул своих подельников, и они вместе смогли изготовить наркотик, позволяющий оставаться вблизи артефактов до двенадцати часов. Ну, кроме того, что он, как любая наркота, порабощал и в конечном итоге убивал человека. А политические принялись вооружать банду Грюи — так на каторге зародилось подобие государства.

И однажды Зич последний раз взглянул на розоватые дюны пустыни в обрамлении чёрно-фиолетовых скал Фуэргоса и с лёгким сердцем поднялся в захваченный грузовик. Его не терзали угрызения совести за оставленных погибать каторжан, когда ракеты уносили беглецов через разряженную ядовитую атмосферу к готовым стартовать кораблям. Они никого не оставили умирать — всех убили, просто забрав все системы жизнеобеспечения. Перед прыжком из родной системы Зич долго беседовал с Грюи, их взгляды на жизнь и людей оказались очень похожими. Кобу и Рори с дружками никогда бы не удалось захватить корабль, ведь на их корабле находилось руководство мятежа, самые ценные специалисты, самые мощные и редкие артефакты и большая часть оборудования для жизнеобеспечения. Большинство систем лежали в трюме разобранными, в ожидании прибытия на место, а те, что работали, контролировал Зич — он с бандитами поубивал дежурных операторов, лично блокировал и отключил рубку корабля от управления, а заодно и от вентиляции. Политическое руководство просто задохнулось — они подыхали в своих скафандрах целых четыре часа — Зич потом просматривал этот фильм при депрессии, чтобы взбодриться.

В принципе, кроме интересной записи, его поступок с виду не принёс ему ничего нового. Он так же занимался исследованиями артефактов и поддержкой в рабочем состоянии систем корабля. Никогда не лез к Кобу со своим мнением, но и не отказывал в совете. Зич, оставаясь незаметным, со временем стал незаменимым. Наглядно, это проявилось, когда пираты начали строительство станции — он действительно был талантливым, умным человеком. Его ценили, особенно Рори — сын с папой часто спорили. Сын считал, что они упёрлись в свой потолок, выше головы не прыгнешь, а Коб и слышать об этом ничего не хотел, он грезил о собственном синдикате и захвате родного мира с доведением его до «справедливого общественного устройства». И когда настоящий пиратский клан сделал им серьёзное предложение… Зич слегка покривил душой, сказав, что Рори выпустил Кобу кишки — это сделал он сам, правда, по просьбе Грюи младшего. Без «болеизлучателя» с этой машиной убийства никому не справиться — Шуи как-то «забыл» доложить о новом оружии. Да и не о чем было докладывать — аппараты работали на артефактах «слёзы тьмы», которые даже в неактивном состоянии могли довести до комы любого человека, просто взявшего их в руки. Тот выстрел стоил Зичу недельной трудоспособности, но и вознаграждение было велико — именно он стал временным управляющим на станции, пока Рори строгал и воспитывал наследников, «томясь» в заложниках на родовой планете клана.