Книга Руны везде, страница 93 – Виктор Стогнев

Я задумчиво ответил:

— Если они уже работают… лучшее враг хорошего, не чини, что не сломалось. Нужно продолжать наносить раздельно и накапливать статистику. Всё равно пока нет возможности рисовать на всех машинах. И знаешь… — я усмехнулся. — Мысли сходятся не только у гениев, правильные ответы у задач совпадают. Наши руны практически об одном.

— Да, мысли сходятся не только у гениев, — согласился Виталик. — Я тоже так подумал. Тогда продолжу. Гаев со своей половинкой поедет в Москву, а ты и Ваня Котов остаётесь на две недели в распоряжении местного командования. Ваша задача рассечь окружённую группировку противника.

— Слушаю, — сказал я, встав и отдавая честь.

— Тогда более не задерживаю, — проговорил он. — Встретимся уже в Москве.

* * *

Как летит время, когда занят любимой, простой и понятной работой! Даже неизбежные в походе бытовые неудобства легко преодолеваются и переносятся.

Спали часто в танках, зато питались только натуральными продуктами. Коробки сухпая тоже получаем и думаем, как их в башнях разместить, чтобы не пинать в бою. Продавать пока некому, больно мало за них предлагают.

И так хватает рублей. Аж интересно стало, неужели новые маги наносят руны на танки бесплатно? То есть мне тоже должны посчитать за всё это мракобесие! А то я рыжий, что ли!

Ну, рыжий, но с чёрными пятнами даже на голове, и вообще это всех пока устраивает. Парни не возражают, а европейца никто не спрашивал. Особенно на войне.

Так немного о любимой работе. Как всякую работу описывать её подробно совершенно нет желания. Платят нормально, но я об этом уже, кажется, сказал. А по сути — возили десант, да поражали сложные цели, у противника были четвёртые «панцири» и штурм-ганы на их основе.

Кстати, 100-мм противотанковые орудия французов с полутора километров в лоб нас не берут, а с километра пробивают. Батальон Вани Котова так потерял две «лютые рыси», живых в экипажах не осталось.

В целом обходились почти без потерь, действовали осторожно, особенно против реальных наших врагов. Выручали толстая броня и мощные пушки — с безопасного расстояния истребляли вражескую технику. А против атак с воздуха нам дали семь зенитных броневиков.

В две недели мы уложились, группировку окружённого врага разрезали самым неудобным для него образом, попутно перерезав его коммуникации. Ваня остался воевать на месте, армию Литвинова, оказывается, Совет обороны перебросил на этот участок.

А мы погрузили свои «лютые рыси» на железнодорожные платформы, и они поехали к неизвестному нам пункту, где их получит батальон Кости Гаева. Они вместе с практикантами уже поехали на фронт, наш же личный состав тоже по железной дороге в объезд окружённых под Москвой армий европейцев поехал в Центр.

По приезде я не увидел магов, способных наносить руны. Костик забрал обоих, моему батальону хватит и меня одного. Ладно, но ведь в Центре остались те же учебные четыре «лютые рыси». Чем я буду заниматься целых две недели⁈

Совет обороны и хан Керим лично в эвакуацию не поехали, так я прямо в кабинете Антонова взял телефонную трубку и набрал номер приёмной Совета. Представился и настойчиво попросил соединить меня с ханом.

Наглость, конечно, запредельная, только мне стало настолько пофигу, что на столе непроизвольно оставил глубокие борозды от когтей. Пётр Алексеевич их сразу заметил, но ничего не возразил — ему и так хватает на лице шрамов. Да и самому было интересно, что получится.