Книга Руны везде, страница 110 – Виктор Стогнев

— В ближайшие две недели у нас нет очень важных дел, — ответил я серьёзно. — Только «лютых рысей» надо чаще заправлять и пополнять боекомплект.

— Ха-ха-ха! — весело рассмеялся Тимохин. — За две недели мы тут многое успеем!

Подошла пехота, и захватили мы посёлок. Администрацию свалили на пехотного капитана Кругляшова. Он с опорой на местные кадры быстро организовал работу штаба, всё шло нормально, мы и не вдавались.

Вначале сильное впечатление на меня произвела сама пехота. О противотанковых гранатомётах я уже говорил, миномёты на автомобилях тоже ничего особенного. И самоходки привычные, только больше их стало, серьёзнее калибры, и видно, что это не переделки, а серийные машины.

Даже броневые жилеты и разгрузки солдат уже не поражали. Парни сказали, что их же приняли на вооружение, первыми снабжают самые боевые части, их подвижную пехоту.

Главное, на чём они приехали. Были и грузовики, но передовые отряды пехоты приехали на колёсных и гусеничных броневиках, которые для того и строили!

В моём мире их назовут боевыми машинами пехоты и бронетранспортёрами, а тут обзывали пехотными броневиками, но сути оно, конечно, не меняло. На бронетранспортёрах бронирование от пуль крупного калибра и осколков, а БМП в лоб держат снаряды 45-мм.

На транспортёры установили пулемёты винтовочного калибра, а БМП вдобавок в башнях скорострельные полуавтоматические пушки 30-мм — против живой силы противника самое оно. У всех автоматический отстрел обычных и дымовых гранат.

Боевые машины тоже только начали производить, но на их шасси уже выпускаются защищённые от пуль и осколков миномёты, гаубицы и противотанковые пушки 85-мм, практически танки.

Техникой пока насыщают части рейдовой пехоты, но её выпуск явно поставили на поток. Похоже, что хан Керим серьёзно отнёсся к моим пожеланиям, или, скорей всего, оно даже ёжику было ясно.

Вот рейдовая пехота и терроризировала противника в довольно большой округе, как раз мы успевали. А пока едем, солдаты и сами могли противостоять даже четвёртым «панцирям».

Мы же на «лютых рысях» выбирали засады и ночами занимали позиции. Это чтоб враг понять не мог, в посёлке танки притаились, засели где-то или поехали куда по злодейским делам.

В зоне нашего скрытного ночного броска оказалось прилично европейских объектов, враг спешно наращивал там оборонительные возможности. И это если не считать нулевую нашу точку — захваченный посёлок со станцией железной дороги.

Мы резко сократили снабжение трёх немецких дивизий, что сразу сказалось на положении — на их участке артиллерия врага отвечала одним выстрелом на шесть наших. Солдатики противника недополучали пищу и замерзали в землянках без керосина.

И не сказать, что европеец относился к нашим действиям фаталистически. В небе постоянно кружились его самолёты, вели бои и горели, пытались выявить наше местоположение.

Заправлялись и пополняли боезапас мы ночами, а днём на посёлок регулярно налетали европейские бомбардировщики. Ага, летели через русские истребители на зенитные батареи. Хотя несколько домов в селе разрушили, даже на привокзальную площадь упали три бомбы.

Попытки вторжения вражеских танков мы с майором Тимохиным жёстко пресекали. Ну, не мог противник внезапно вторгнуться танками! С «панцирями» наши почти двести «рысь-2» справлялись сами, а когда немец притащил вдобавок к обычным «панцирям», полсотни «пантер», из засады ударили мои «лютые рыси». «Тигров» у европейца для нас больше не нашлось.