Книга Руны на теле, страница 74 – Виктор Стогнев

— Какие сорок процентов в общак? — удивилась Катя. — Раньше брали двадцать пять!

— А раньше никто головы не резал! — ответил боярин.

— Но мы ведь обязаны намекнуть, что это всё за Родину! — пафосно проговорила Катя. — Мне что, на стене кровью писать: «Слава Гардарике»⁈

— Лучше бы писала, — проворчал, скривившись, Пермяков. — Могло сойти за мировоззрение.

— В Москве же сказали, чтоб без лишней аффектации, — пробормотала Катя. — Но ясно.

— То есть тебе в Москве приказали резать клиентам головы? — вкрадчиво уточнил Андрей.

Катя помотала растерянным личиком и сказала:

— Я сама так придумала. Может, больше не надо?

— Да поздно уже, немцы все на ушах, — проговорил боярин досадливо. — Мне шестьдесят процентов, тебе сорок, и режь головы дальше, маньячка.

Катя горестно поникла. Андрей весело сказал:

— Зато теперь ты точно мне поможешь!

Катерина с подружками пристально воззрились на боярина, и тот возбуждённо проговорил:

— А чтоб запутать полицию! Чтоб они не знали, где просто ограбление, а где за Родину!

Девчата смотрели уже в сомнении, и он простодушно развёл руками:

— Ну, никто у меня не справится с головой! И по моим целям добыча на пополам!

Девчата неуверенно переглянулись, и Катя за всех проговорила:

— Хорошо. Только нечасто. Война — прежде всего.

* * *

Короче, договорились. Катя сказала Андрею секретный пароль, и он передал его по рации куратору. В Москве узнали, что контакт установлен, боярин Пермяков начальную магическую проверку прошёл, и группа может на него положиться. Русские разведчики приступили к работе.

Например, долговязому и русоволосому Артуру фон дер Хофену, наконец-то, исполнилось восемнадцать лет. Ещё днём раньше он вешал свой длинный нос в веснушках, сокрушаясь в душе, что родился бароном в Германии, а не боярином в Гардарике.

Родители любили горные лыжи на диких склонах в Швейцарии и погибли под лавиной, когда Артуру уже было шестнадцать. В Гардарике он бы сразу стал боярином!

А в просвещённой Германии всем имуществом управлял от его имени двоюродный брат мамы Ханс — единственный взрослый маг и родственник. Ещё хорошо, что нашёлся хоть такой, иначе опеку оформило бы государство.

Министерским чиновникам неведом никакой стыд, они бы сразу продали родительский дом, и Артура поместили бы в пансионат по прописанным в инструкциях нормам.

При достижении совершеннолетия юный барон владел бы только облигациями государственного займа, первые деньги по которым обещают через двадцать лет.

Дядя Ханс дом продавать постыдился, но в остальном походил на государственных чиновников — содержание Артура всегда оставалось на одном весьма низком уровне. Барон фон дер Хофен всё время обходился только одной кухаркой и одним старым слугой, как принц из сказки Андерсена.

А тем временем опекун выстроил на окраине того же городка замок в три раза больше домика Артура и раскатывал по округе на итальянском спортивном автомобиле! Дядя Ханс даже завёл охрану и, словно в насмешку, предлагал племяннику помочь с безопасностью!

Артур всегда отказывался, поскольку всерьёз опасался только дядю. Кому он, кроме дяди, нужен-то, господи! Лучшей защитой Артур считал свои магические способности и бдительных соседей. Он всегда успеет истошно заорать, и его услышат.

Юноша днём постоянно находился в чьём-нибудь обществе, а на ночь включалась охранная сигнализация, которую парень постоянно совершенствовал. Он обнаружил в себе тягу к технике, и его главной идеей стало дожить до совершеннолетия.