Книга Руны на клинках, страница 133 – Виктор Стогнев

— Штаб — это первая цель вражеской разведки, — сказал капитан. — Там очень может быть осведомитель. Не нужно штабу всего знать.

Коридор закончился новыми железными дверями. Дед Митяй без скрипа отомкнул замок и неожиданно легко открыл. Мы увидели за дверями небольшую площадку, каменную лестницу наверх и новый коридор, что плавно изгибался направо.

По пути мы насели на Алексея, откуда всё-таки взялись подземные коридоры в маленьком городе. Он пустился в объяснения:

— Во всём опять виноват менталитет. Город же не всегда маленький, к зимним ярмаркам его население вырастало в два с лишним раза. Из окрестных поселений народ ехал с товаром на санях. Город на торговле стоял. На торжище не проехать, всё забито. Земля дорогая, и кругом глаза конкурентов. К тому плюс Гардарика пятьсот лет не знала нашествий, то есть навалом свободного времени. Вот люди и рыли себе потихоньку да помалкивали в тряпочку. Торговые дома объединялись, выходили из объединений, иногда случайно под землёй сталкивались, однако никто себе всего не представлял, пока не решили прокладывать водопровод и тянуть канализацию. Пошли солидные люди с деликатными просьбами. Много людей.

— Всего и сейчас никто не представляет, никому оно не надо, — проворчал Тимофей Александрович. — Я долго служил в «Горводоканале» мастером и вёл краеведческий кружок. Ну, много всего находится, когда постоянно роешь. Но оно только пацанам интересно, да и тем только бы залезть куда-нибудь.

— Я ходил в кружок до десятого класса! — гордо сообщил Лёша.

«И дед Митяй драл тебе уши, чтоб не лазил», — подумал я.

— А теперь по этим коридорам будем скрытно перебрасывать штурмовые группы! — важно изрёк Паша.

— И всегда можно удрать, — добавил Саня.

— Или спрятаться, — сказал Коля.

— Нам теперь предстоит все подземелья обойти и запомнить, — мрачно изрёк Володя.

— И не просто обойти, а подготовиться к возможной встрече с европейцем! — веско проговорил капитан Дымов. — Всего за две ночи. То есть спать некогда.

* * *

Меня здорово выручало чувство направление и ещё какое-то кошачье чувство… трудно объяснить. Ощущалось, что людям под землёй неуютно, а мне нормально. Меня не пугала темнота, да и фонарь почти не требовался. И я всегда знал, где нахожусь — не удивлялся, когда поднимались наверх и сверялись с адресами.

Коридоры пересекались с трубами водопровода и сетью канализации, но проходили по ним в крайнем случае — уж больно там воняет, низкие своды и под ногами жижа. В канализации я подумал, что здесь ножик лучше не ронять.

Большинство галерей находились в центре, однако некоторые вели почти до окраин. Там мы услышали дробный стук отбойных молотков. Утром позвонили в «Петров», чтоб отправили за нами Серёгу.

Пришлось около часа ждать его с джипом. Завезли Лёшу к маме, Тимофея Александровича домой, и поехали в казарму. Мои танкисты уже вернулись и дружно спали.

Сами спать ложиться не стали, только освежились под душем. Стыдно хотеть спать, когда почти в двух шагах ребята бьются с европейцем насмерть! Тем более проорали подъём, затем зарядка и завтрак.

В кабинете я вынул из планшета немецкую карту, и мы серьёзно её рассматривали. Даже Серёга спросил, что значат эти значки, и Паша послал рядового настраивать немецкое радио.

Вряд ли карта сохранилась у европейца, но это почти ничего не меняло. Рисовали план явно люди, кто танки видел лишь издали, для тех, кто их не видел совсем. То есть рисовали красиво, аккуратно и, не вдаваясь.