Книга Руны на броне, страница 128 – Виктор Стогнев

— А разве я их держу? — не понял я.

— Таки да! — воскликнул Дима. — Я тут маг на секундочку, и то еле на ногах!

Я сосредоточился на себе и убрал все воздействия из эфира. Парни завозились на асфальте, стали вставать. Авдей и Мухаммед уставились на смущённого меня с интересом. Порозовевший опер приступил к обязанностям:

— На тебя опять напали?

Я кивнул.

— Ну, давай тогда, рассказывай с самого начала со всеми подробностями, кто, где находился и что делал.

Я стал рассказывать, Авдей и Мухаммед временами вносили уточнения. А пока сфотографировали трупы и машины, а потом принялись всех растаскивать. Первым делом оттащили грузовик и «Волгу», упаковали несчастного шофёра в такие же мешки, что и других, и увезли всех на одной труповозке.

Машины все оказались на ходу, их пока полицейские погнали на специальную стоянку. Изъять оружие у боярина и его охраны для экспертизы у Димы не хватало полномочий, но опросить Катю с подружками он был обязан. Позвали его в дом.

В прихожей Надя у меня забрала автомат, Клава учебную сумку, а я повесил шинель и взял у Кати Свету. Доча улыбалась и агукала, в целом довольный я повёл всех в гостиную. Расселись в кресла и на диваны. Катя поведала, что, когда она дома, всегда смотрит в окно, как я подъезжаю. Катя тоже маг и многое чувствует. Вот и в этот раз почувствовала в поведении рабочих неладное. Девочкам только окошки открыть, а пистолеты всегда под рукой. Она только Свету дала Миланье пока подержать.

Дима всё аккуратно записал и попросил девчат расписаться. В этот момент в гостиную вошла Миланья и сварливо спросила, когда уже раскладывать, а то с этими покушениями весь график у неё сдвигается.

Я сказал, что уже можно, и чтоб на Диму тоже положила. Миланья, кивнув, ушла, а он сказал с грустной улыбкой, что хорошо живётся оперу на свете. Будь Дима следователем, никогда бы не принял приглашения, а оперу даже положено втираться в доверие. Только бояре ещё на ужин не звали.

— Всё бывает первый раз, — ответил я.

И как раз Миланья позвала к столу. Мы чинно прошли и расселись. Миланья пока забрала у меня Светку, за мной все приступили к трапезе. Ели, как всегда, в молчании, так что оперу втереться в доверие не удалось. После ужина Дима опять пообещал фотки, когда сделают, и откланялся.

Снова расселись в гостиной на креслах и диванах. Катя со Светкой на руках нейтральным тоном проговорила:

— Сегодня был курьер от Князя Москвы, передал приглашение на пир в честь дня рождения сына. Празднуют завтра.

— Что-то раньше не приглашал, — скривился я.

— А ты раньше был несовершеннолетний, — сказала Катя. — До восемнадцати приглашения шлют родителям или опекунам. Или вообще не шлют, как тебе.

Я усмехнулся и проговорил:

— Теперь как-то надо технично отказаться, а то ж я по идее с ним не ругался. Есть мысли?

Тут отчего-то заулыбались даже Авдей и Мухаммед, а Надя с Клавой чуть не засмеялись.

— Господи! — воскликнула Катя. — На тебя же вот только что покушались!

— Ну и что? — не понял я.

— А то, что одну машину утащила полиция, а на второй тебе к князю невместно, — весело сказала Надя.

— И ты с одной машиной вообще опасаешься за свою безопасность! — подсказала Клава.

— А до завтра точно вторую «Волгу» не купить? — удивился я.

— Тебе, вроде, отмазка была нужна? — уточнила Катя.