Книга Руны на броне, страница 111 – Виктор Стогнев

Говорил он о встречах Штанмайера с представителями кругов, куда брал профессор страшного секретаря. Все собеседники с ещё большей яростью крыли ретроградов, которые хотели с Гардарикой мира. Эти старые козлы думали, что на их век хватит, и с каждым мирным деньком ещё наглее радовались.

Самая агрессивная часть кругов из-за мирных дней возмущалась всё яростнее и выступала за немедленное нападение, невзирая на время года. Для них главное напасть в любое время, хоть зимой, а дальше тупые русские разбегутся.

Всего треть полных идиотов говорила лишь в пользу нынешней прогрессивной и управляющей молодёжи, в нормальном обществе они составляли бы большинство. Но мы имеем дело с миром магии, так что Дитрих ничего странного не заметил.

Вторая треть собеседников, кто выступал за нападение летом 1941-го года, в июне ходила возбуждённо-радостная и чего-то ждала, потирая ладошки, но с началом июля каждый день мрачнела и в конце месяца склонялась к последней трети. Те утверждали, что нападать нужно в 1942-м, только хорошо приготовиться и запудрить тупым русским мозги.

Сам Дитрих русских тоже считал тупыми и ненавидел, иначе, зачем вообще на них нападать. Однако ненавидеть и считать — это всё эмоции, а Дитрих серьёзный учёный. Его группа решала проблему, составляла отчёты, ими зачитывалась сначала Мари, потом изучали в Москве, наискось просматривал Штанмайер и выпускал с ними выступать Дитриха перед большими людьми.

В начале августа вернулся профессор из Италии, где отдыхал с женой, потому отчёт группы посмотрел небрежнее обычного. Вообще, хотел глянуть для очистки совести, но стало как-то не до того. Потребовали его внимания более важные дела.

Обычным днём Штанмайера вызвали «наверх», он традиционно взял с собой Дитриха и погнал того с отчётом на кафедру. Доцент взошёл на возвышение, оглядел кривые лица собравшихся, прокашлялся и заговорил своим мерзким голосом:

— Господа! Все вы давно знаете, что группа Штанмайера изучает теоретическую связь реальностей и её практическое использование. К сожалению, к магически отсталой реальности у нас нет доступа, потому мы собираем сведения о предполагаемом нами с высокой вероятностью попаданце. Об Артёме Большове.

Дитрих налил себе из графина половинку и, отпив, продолжил:

— Что мы, так сказать, имеем фактически? В его мире тоже происходят техногенные катастрофы, что предполагает наличие техники. Вы возразите, что попаданцу могли вовремя проломить череп тяжёлым предметом? Мы тоже не исключаем такой возможности, но более склоняемся к версии катастрофы.

Дело в том, что мы провели психологический анализ Артёма и можем уверенно утверждать — он точно не жертва. Попаданец довольно быстро освоился со своим положением. Довольно хорошим положением, боярину в Гардарике доступно очень многое. Намного больше, чем всем остальным.

Однако разве попаданец сосредоточился на доступных боярину наслаждениях? Нет! Он агрессивно использует боярство для достижения своих целей. Его учёба в Корпусе и всё, что он делает, лишь добавляют ему трудностей, но он готов к осложнениям.

Дитрих снова пригубил из стакана и продолжил:

— Итак, господа, Артём не считает себя жертвой судьбы или обстоятельств, он навязывает судьбе свою волю. В его мире есть техника. Мы сделали анализ редких заявлений Большова и можем говорить, что попаданцу не было и двадцати лет. В этом возрасте люди очень агрессивны.