Книга Quantum Mare, страница 95 – Виктор Стогнев

От его иносказаний покраснели даже мы с Плюшем, и тут я сообразил, что покраснел-то Захар! Да все мальчишки поняли его метафоры, им очень понравилась эта версия любви к миру. Тогда ещё подумал, что как-то не так он о Боге, но сразу внимание не заострил.

Неждан.

Упустил, каюсь, но меня можно извинить, у нас с Захаром появилось настоящее увлечение. Нашлась в трюме, в укромном закутке среди особо ценного барахла гитара ростовщика, что я сам снял со стены напоследок. Только струн у неё оказалось семь, и какого-то непривычного строя.

Близняшек спрашивать постеснялись, ни к чему о таком напоминать, да и что они могут знать о гитарах? Показал инструмент Марку Фризону, так он скептически осмотрел и предложил за «балалайку» гинею, мол, спрос на них невелик.

Я ему раздражённо сказал, что или он мне просто говорит, кто умеет на таких гитарах играть, или прямо сейчас отделю его тупую лысую бошку от туловища нахрен! Марк грустно вздохнул, заметил, что мне потом обязательно станет стыдно за своё поведение, и лишь в виду обуявшей меня страсти к искусству…

… Захар потащил кортик из ножен…

… он совершенно бесплатно направит к мастеру Вальдо, провизору. Как он играет, Марк не слышал, но Мадейра городок маленький, все друг друга знают, особенно торговцы «горяченьким». Провизор хотел купить как-то по случаю такую или наподобие и совсем не интересовался, откуда товар.

Я иронично приподнял Захаркину бровку, ательер засмущался. – Вернее, спрашивал, то есть просил придержать, если вдруг появятся в продаже…

Я серьёзно уточнил. – В ателье, да? Спросил, когда завезут инструменты?

— Ну, заказал он мне эту штуку, и что такого?! – Взвизгнул мистер Фризон. – Всё равно вы ко мне раньше пришли! Вот теперь иди к нему сам, обрадуй! И прекращай даром мотать моё время!

Интересный тип наш провизор, гитару заказал у портного, недорогую и неновую. Впрочем, у человека могла возникнуть нехватка средств, мало ли у кого какие обстоятельства. Мастера Вальдо я видел редко, выступлениями хора он не интересовался, дела с ним вёл Руда лично, левый спирт у него покупали казачата. Пошёл к нему без приглашения, даже не будучи представлен, подросткам простительно пренебрегать приличиями.

Постучал в дверь его каюты, тот, естественно, оказался на месте. Типичный унылый тощий тип испано-португальского облика– узколицый, бородка клинышком, под кустистыми бровями чёрные очи навыкат. Сам в халате, на столе над спиртовкой что-то булькает в колбе, в каюте воняет. Визиту не обрадовался, видимо, занят– у нас все всегда на своих местах и очень заняты. Без «здравствуйте» прохожу к столу, положил инструмент, начал разворачивать холст.

— На койку! – Резко сказал маэстро.

Я на него посмотрел удивлённо, мол, совсем жить расхотелось?

— Гитару на койку, бестолочь! – Простонал он и потянул руку к инструменту. Я руку отстранил, сам переложил свёрток на топчан, развернул.

— Сколько ты за неё хочешь? – Севшим голосом поинтересовался маэстро.

— Нисколько. – Отвечаю честно. – Я играть не умею, так что просто дарю.

— Просто даришь? – Переспросил он с сомнением.

— Повторяю для глухих– я играть не умею! – Говорю со значением.

— А! – Сообразил мастер. – Ты хочешь, чтобы я тебя научил? А потом? Когда научишься, заберёшь инструмент?