Книга Quantum compita, страница 93 – Виктор Стогнев

* * *

Квантум. Французский Бриг «Прованс».

Жером прижался спиной к фальшборту, поджав колени к груди и задрав голову, заворожено наблюдал, как вращаясь, отскакивая от рей, падает по плечо отхреначенная мушкетной пулей рука кого-то из марсовых. Её бывший владелец летел неподалёку. Вообще, марсовым вдруг вздумалось изобразить из себя осенний листопад.

— Трындец! – Положение само собой резюмировалось на самом подходящем из слышанных моряком наречий. Он ещё поскромничал, ведь дело было не столько в эстетической стороне ситуации, сколько в самом её смысле. – Просто полный трындец!

К такому приёму Жером не то, что оказался морально не готов, он ему даже не представлялся. Ведь по логике сам факт того, что они не стали топить британскую лохань, должен вселить в англичан надежды на спасение – это просто ограбление, возможно, захват в рабство, в заложники.

Этакий приветик ещё ничего плохого не сделавшим морякам означал, во-первых, что британцы не питают, вообще, никаких иллюзий, а, во-вторых, они готовы к таким встречам – подобное экспромтом не сотворить.

Это в свою очередь означало совсем уже незначительный нюансик – они нарвались на королевскую морскую пехоту, на один из легендарных кьюшипов! И нихрена уже не поделаешь! Порвать дистанцию, уйти от контакта невозможно – те, кто мог бы развернуть паруса, с хрустом и чавканьем опадают на палубу. Жером рискнул привстать, выглянул из-за фальшборта. – Проклятье!

Неприятель не собирался уклоняться от встречи, хотя вот прямо сейчас вполне может попытаться оторваться. У англичан есть все шансы затеряться в океане. Но люди там, судя по всему, опытные, понимают, что это только шанс – если их снова догонят, в полный голос заговорят пушки главного калибра. Которые сейчас нет возможности зарядить!

Будь всё проклято – шкиперу показалось, что это британцы рассчитали курс на контакт! Они так в себе уверены? Значит, на палубе в готовности морская пехота? Чудесно – пора порадовать их картечью, и пофиг на дистанцию.

Тем более надо поторапливаться – противник перенёс огонь на палубу, на его глазах, как кувшин, разбился череп одного матроса, другой скорчился у митральезы, суча ногами. Жером заставил себя вскочить и снова распластался на досках – рванули первые гранаты британцев.

Странно, но разрывы немного подняли его настроение, ведь такое очень не похоже на военных – явная самодеятельность. Он превозмог предчувствие непоправимой беды, ему стало очень любопытно взглянуть на этих англичан.

Жером вновь бросился к митральезе, с парой ещё живых пушкарей зарядили орудие, у парней оказался наготове даже пальник – выстрел! Прочистить ствол, подкатить пушку к краю борта. – Огонь! Огонь, твою мать, сволочь!

Фейерверкер разлёгся на палубе со стрелой в груди! С настоящей индейской стрелой! Жером, не помня себя, подобрал пальник и приложил к пушке. – Шарах!

— Шарах, шарах, шарах!!! – Отозвались митральезы.

Палубу затянули спасительные клубы дыма, вражеский огонь стал неприцельным. Сумятицу ещё вносили разрывы гранат, но бойцы расчётов работали так, будто считали, что живы они, лишь пока палят их пушки.

И они правы, чёрт возьми! Пусть пьеса написана не ими, они доиграют свои роли в этом бредовом спектакле до конца! И посмотрят в глаза придумавшим эту клоунаду деятелям перед тем, как взглянуть на их потроха!