Книга Война Джима, страница 113 – Виктор Стогнев

Забавно, что с самого начала можно было догадаться, что мятежники попробуют захватить Пауля, а федеральные силы используют его как живца. Уж Джиму это должно быть совершенно ясно!

Но он из ложной скромности думал, что из-за какого-то солдатика никто не станет заваривать такую кашу, что совсем нетрудно на фронте обеспечить человеку инкогнито. А сейчас, когда оно предстало в истинном свете, ошарашено мотает головой.

И с другой стороны, понимай он всё с самого начала, кому бы он это объяснил? Паулю?! Да он бы и слушать не стал. Попросил бы федералов не устраивать операцию? То есть он, полковник на секундочку, попросил бы военных как-то не использовать солдата?!

К тому же федералы Пауля всё-таки спасли. Не устрой они эту операцию, нет же никакой гарантии, что мятежники не получили бы сведения о Пауле иначе и не захватили бы его в плен.

И ничего не понимающий Джим хорошо делал свою работу. Снабжение мятежников сильно сократилось, возможности их формирований упали. Теперь уже приходится выманивать их отряды, чтобы навязать бой, чтобы ресурсы мятежников сокращались ещё быстрее.

Жора тоже всё время трудился с большой для себя пользой. Деньги со счетов мятежников он переводил только себе и пользовался тем, что Джим на Ровенте, а не где-то в космосе, постоянно совершал какие-то биржевые операции. В результате всего на его счёте уже лежало более двадцати миллиардов кредитов, и сумма продолжала расти.

Джим практически успокоился, и как раз ему сообщили, что Пауля можно навестить в госпитале. Парень лежал в отдельной палате, подключённый к какой-то аппаратуре, его торс и руку перебинтовали. Джим смотрел на сынишку и ничего не мог говорить, горький комок застрял в горле.

Пауль бледно улыбнулся и тихонько сказал:

— Ну, что ты, пап? Ничего ж особенного не случилось, тебя ведь и самого ранили!

И Джим вспомнил своего отца, понял, что чувствовал он тогда. Молодые не ценят жизнь, просто ещё не поняли, что это такое. Дорожить жизнью начинаешь, когда собственная молодость уже прошла…

Он улыбнулся Паулю и покивал. Смог проговорить:

— Это возрастное, не обращай внимания. Я просто рад за тебя, сынок, что ты вообще живой. Ты молодец, Пауль, я тобой горжусь. Поправляйся.

Джим знал, что такие свидания надо вовремя заканчивать, и вышел из палаты. Долго говорил с лечащим врачом Елизабет Вудс, она подробно описала ранения Пауля, его нынешнее состояние, и то, что он поправляется.

В приподнятом настроении Джим вернулся в гостиницу, и ему пришло официальное письмо из Вашингтонского штаба, что контракт Пауля Горького полностью закрыт.

Практически следом пришло письмо из штаба «Дружины Джекоба», что рядового Пауля Горького отобрали для обучения в училище сержантов. Джиму явно намекали, что ему больше нечего делать на втором континенте, что пора уже ехать домой.

Джим зло усмехнулся. Он продолжит тут работу до излечения Пауля, а то мало ли, и кое-что нужно закончить. И вообще он вредный Яша.

* * *

Джим навещал сына почти каждый день. Только один раз его попросили из госпиталя не приходить. Более одного посещения в день нежелательны, а к Паулю пришли сослуживцы.

Сами ещё долечивали лёгкие ранения. Заместитель командира и трое его приятелей проведали Пауля, поговорили и вручили ему медаль Республики Ровенты «Яростное сердце».