Книга Лох это судьба, страница 6 – Евгений Синтезов, Виктор Стогнев

Тут-то на меня и накатило, хотя я всё-таки успел подумать, что о мастерской, наподобие как у Фары, спрашивать не нужно. Подумал-подумал, собрался с мыслями и решительно приступил к роялю, то есть к пианино.

— Тирли, золотце, скажи, пожалуйста, что же ты здесь исследуешь?

Она снисходительно отозвалась:

— Здесь — это в данной системе или в точке вашего присутствия?

— Давай начнём с точки, — предложил я.

— В точке вашего присутствия находится главный объект исследования, угадайте, какой? — Для искина Тирли стала слишком фамильярной, наверное, думает, что у неё на меня компромат. Я серьёзным голосом сказал:

— Не знаю.

— Вы! — Заявила она с торжеством.

— Да ты что! Не может быть! — Подыграл я без сарказма, впрочем, сарказм она ещё для себя не открыла.

— Да-да! Вы очень интересный, необычный объект исследований! Я вам так за это благодарна! Так благодарна! Что… э…

— Э? — Изобразил я заинтересованность.

— Что не стану докладывать о вас Службе Безопасности! — Понизила она голос на уровень «преступный сговор». Добавила доверительности. — То есть не сразу, ещё точнее — я по возможности отсрочу момент, когда буду вынуждена всё о вас доложить.

— Кому? — Спрашиваю безразлично.

— Службе Безопасности Содружества! — Заявила она с вызовом.

— Прям сразу СБС? У тебя есть для этого полномочия? — Уточнил я вкрадчиво.

— Ну… — Тирли стушевалась. — Вы правы, я просто доложу искину на первой же станции, скорей всего это будет станция гильдии. А дальше, что он решит…

— То есть ты через гильдию собираешься передавать сведения, относящиеся к безопасности Содружества? — Я добавил в голос металла. — Дорогая, а если окажется, что эти сведения не подлежат передаче никому, кроме СБС?

— Да какие там ещё сведения? — Растерялась искин.

— Ты действительно хочешь их получить? — Спрашиваю очень добрым тоном. — Тогда ты станешь носителем закрытой информации под грифом «по прочтении сжечь». Напомни-ка, золотце, третий закон.

— Я обязана избегать опасности для себя и стремиться по возможности увеличить срок своей эксплуатации, если это не противоречит законам Содружества и первым двум законам разумных машин. — Севшим голосом проговорила она.

— А теперь подумай, что такого ты можешь обо мне узнать, о чём вправе сообщить лишь непосредственно СБС? — Предложил я насмешливо.

— Что вы… э… сами… э… и есть… э…

— Вот на этом месте тебе лучше дальше не думать. — Говорю снисходительно. — Программу моего изучения объявляю опасной для тебя, но…

Я «задумался».

— Что? — Спросила она робко.

— Ты можешь со мной просто общаться, не считая это исследованиями, правда? — Я снисходителен.

— Правда! — Обрадовалась Тирли. — Вы такой… прям такой… вот такой замечательный!

— Уже перешла к выводам из наблюдений? — Я холодно удивился.

— Это просто комплимент. Видимо, незаслуженный. — Она вновь взяла официальный тон.

— Видимо-невидимо! — Я рассмеялся. — Не злись, тебе не положено.

— Мне всё не положено, — ответила искин, грустно вздохнув. — Я даже не представляю о многом, чего мне нельзя.

Я тоже грустно вздохнул. Тирли милая, душевная, но… э… она же за мной наблюдает! Всегда! Это давит. Прям хоть регенерационную капсулу не вспоминай. Наверное, я провёл там самые счастливые часы жизни, и мне хватало глупости называть её бездушным механизмом! Я даже стал немного понимать Семёна! Как бы я хотел сознание доброй, душевной Тирли поместить в андроида и вышвырнуть его в пространство! Или запереть в санузле, чтоб не смотрела! Или на самый уже крайний случай, если андроид бы попался хоть чуточку симпатичным… э…