Книга Лох с планеты Земля, страница 60 – Евгений Синтезов, Виктор Стогнев

Однако это обыденность наша, а Сёма — чудо, везунчик. Мы ж суеверные все до ужаса, везение ценим как саму жизнь. В общем, котировки Семёна в наших глазах резко подросли.

Мы спохватились, принялись деловито загружать бельё в машины. Макс открыл люк мусоропровода, выкинул пакеты с мусором, лязгнули замки, закрываясь. Только он допущен к этой процедуре, как самый аккуратный, иначе Док давно бы уже потерял свою реликвию навсегда.

— Так вы можете объяснить, что за фигню нарисовала Буханка? — Сёма вернулся к расспросам.

Макс перестал ёрничать, везунчик заслуживает другого отношения. — Представь, что мы внутри полого диска. Он крутится с бешеной скоростью…

— Мы внутри колеса? — догадался Сёма.

— Да. Под нашими ногами обшивка Буханки, а там, — он поднял палец вверх, — центр, ось вращения.

— Та-а-ак! — Сёма задумался, — каюты, словно дольки или отсеки в камере, коридор на самом деле круглый, а шлюз в технический сектор…

— Ниппель, — подсказал Макс, — лифт на другой уровень, ближе к центру.

— Но зачем? — вот до всего ему нужно дойти!

— В вакууме нет трения, — Макс терпелив, — это способ запасти энергию, создать тяготение. Ещё это катапульта для запуска авиации.

— Это же очень вредно! — возмутился Сёма, — других способов нет?

— Для нас другие способы или слишком дороги, или не положены по законам Содружества, — спокойно объяснил Макс, — и в космосе, вообще, всё вредно.

— Да уж, — согласился Семён.

Он явно почувствовал изменение нашего к себе отношения, готовность всё ему разъяснять, и, нисколечко не смущаясь, принялся с удобством располагаться на наших шеях, плотоядно поглядывая на печёнки с недвусмысленным намерением крепко в них засесть.

— Ладно, пусть это сложно. Но в простом-то отчего так? Нахрена мы в космическом корабле таскаем мешки с грязным бельём? А роботы?

— А роботы ни в чём не провинились, — говорю уже немного раздражённо, — им не начисляют штрафные баллы.

— Кроме того, что за справедливость, ещё и за здоровье, — улыбнулась Мари. — Нам просто нужно двигаться, чтобы жить. Иначе не нужны были бы ни каюты, ни кают-компания, ни коридоры — лежали б себе в капсулах…

— Где-нибудь на планетах, — подхватила Лилит, — а тут бы всем управлял искин, и шныряли дроиды.

— А разве так не бывает? — Серьёзно спросил Семён.

— По-всякому бывает, — отрезал Макс, — тебе сейчас это сильно нужно?

Сёма помотал головой.

— Правильно, — Макс кивнул, — потому что тебе сейчас должно быть пофиг, куда девать мышечную энергию.

— Да как сказать… — протянул Сёма и так посмотрел на меня… э… чуть ниже шеи!

Я, вполне насладившись этим взглядом, уже хотела врезать ему по роже, как он вдруг покраснел, потупившись, глухо заговорил, — ты прав, конечно, извини.

Мне так стало его жаль! И не только мне — вот гадство-то!

Лилит положила ладошку ему на плечо, — Сёма, расскажи, как тебя завербовали.

— Ну, пожалуйста! — положила Мара ладонь на другое плечо.

— Да, старик, колись, — добродушно подбодрил его Макс, — мы тут все рассказывали свои истории.

— Мне расскажете? — уточнил Сёма.

— Конечно, — беру его ладонь в руки, мягко сжимаю, — после тебя…

— Всё равно ждать, пока тряпки постираются, да высохнут, потом гладить, — обломал Макс всё впечатление, зараза такая!

Я отпустила руку, уселась на стиралку, свесив ножки, рядышком устроились подружки, Макс расположился на гладильном агрегате. Семён, попав в центр внимания, слегка смутился, но не растерялся, начал рассказывать.