Онлайн книга «В пираты по объявлению, или Это маркетинг, детка!»
|
Док, конечно, был пьяный, но начал-то он пить без меня. Не иначе, Сёмино влияние. С горя обратился лично к Кэпу. Докладываю, что кадет-пилот Семён представляет собой опасность для экипажа по состоянию физического и психического здоровья. Эта каланча трёхглазая мне напомнил по-русски. – Кадет-пилот Семён прошёл адаптацию и заключил контракт. — Да какой в пространстве контракт? – мне даже не смешно, - за борт, как выйдем в реальное пространство, вот и все формальности! — У тебя сколько на счету? – вдруг спросил он. — А тебе зачем? – прям я ему всё и рассказал, ага. — Затем, что Сёма должен компании сорок тысяч кредитов! Он при создании личных устройств использовал артефактные материалы, которые, вообще, никому не продашь! — Ну, Кэп, что ты жадничаешь, как маленький! – Уговариваю инопланетного монстра. – Сёма никогда не отработает эти деньги. Просто отберём его поделки и разберём обратно. — Искин утверждает, что его изделия сами по себе являются артефактами с уникальными свойствами. Пока свойства не изучены, не определена стоимость изделий, разбирать их тебе никто не позволит. Разве что ты со своего счёта оплатишь… — Цену двух Буханок, - договариваю за него. – Да пиздит искин, как Троцкий! Это же вирус! — Олег, - сказал он задушевно, - не знаю, что тебя расстроило, но ты явно не в себе. Надеюсь, что это временный срыв, и ты вскоре снова сможешь вернуться к обязанностям командира штурмового звена… — В смысле? – мне и впрямь стало нехорошо. — В смысле, когда перестанешь нести такую ахинею! – Он натурально заорал на меня. – До особого распоряжения командиром назначаю Дака. Свободен! Лишь оказавшись у себя, я осознал, какую нёс чудовищную чушь. Искин сознательно лжёт! Из-за вируса!! Действительно, слишком у меня резвое воображение и чувствительная натура, с детства страдаю от своей мнительности. То есть страдал, пока не записался в секцию бокса, потом-то страдали все остальные. И что мне так горячиться? В конце-то концов нам с Кэш главное живьём добраться до станции гильдии, мы компании ZX ничего не должны. А при таких делах точно нужно уматывать. В чём я окончательно убедился благодаря тому же Кэпу. Не в тот раз, когда по-хорошему советовал потерять Сеню, а в следующий, когда он и Чиф сами позвали посоветоваться меня, Фару и Макса. Приходим в их обиталище, они стоят у навигационного голопроектора. Без слов жестами верхних конечностей предложили обратить внимание, а там не звёздные карты, а Сенина каюта, вид сверху. На коечке сидит девушка в элегантном кимоно, такая у неё сложная причёсочка из гребней и спиц. Личико прикрыла веером, но ошибиться было невозможно – это Фара собственной персоной. Мы аж оглянулись на Фару, стоящую рядом с нами. Я едва подавил желание потрогать, чтобы убедиться. — Запись? – понимающе улыбнулся Макс. Бли-и-ин! Так эти извращенцы антропоморфные пишут нашу личную жизнь??? — В реальном времени, - сухо пояснил Кэп, - надеюсь, в экипаже вы об этом распространяться не станете? — Не станут, конечно, - деловито влез Чиф. – Скажите, поведение Семёна можно считать нормальным? Еле сдержался, не выпалив сразу «Конечно нет!». В каюте присутствовал сам хозяин, просто из-за копии Фары не сразу обратили на него внимание. И располагался он на две трети за кадром. Но оставшейся трети хватило, чтобы разобрать – стоит, преклонив колено, и что-то нараспев талдычит. Я прислушался: «…легла ночная мгла. Шумит Арагва предо мной. Мне грустно и легко, печаль моя светла…» — Капец Пушкин! – выдал я первый пришедший в голову комментарий. — Что-что? – переспросил Кэп. — Он читает ей стихи о любви, - честно передаю смысл сцены. – Не сказать, что это совсем нормально… — Но и не выходит за рамки обычной эйфории, - взяла слово «виновница» нашего собрания, - он, скорей всего, пьян… — Или влюблён, - вдруг сурово проговорил Макс. – В тебя влюблён, Фара. Её лицо заалело румянцем! Я засмотрелся на неё и не сразу обратил внимание на бормотание Макса. - … сказать, как он передал дроиду образ? У него получилось, здорово! |