Книга Фокусы реальности, страница 79 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

МАШИМБЕКОВЫ РЕШАЮТ ЗА СЕБЯ

А ТАК ЖЕ

УДИВИТЕЛЬНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ БАРОНА ДЕНИСОВА

Стоянка «освободительного отряда», недалеко от крепости Денисова

Самое отвратительное, что в отряде (сильно хотелось даже мысленно взять это слово в кавычки) Андалеба даже не потеряли. У кого-то нашлась заначка, да не одна. Вояки массово «набирались храбрости». Набирались, короче. Добрая половина лагеря косая сидела — ну как с такими разговаривать вообще? Реакция на Джуму обнаружилась самая разная — от отвратительных слюнявых уверений в дружбе до настороженного молчания. Зато столпились в кучу все, устроив, как он и предполагал, настоящий базар.

Андалеб разозлился, аж хотел было плюнуть да уехать без объяснений — и тут толпа начала стремительно трезветь. Глядя в вытягивающиеся в недоумении затихающие лица, он понял — целитель работает, от Витьки подгон! Ну что ж, теперь и поговорить можно.

— Сушайте все! — сколько раз уж командный голос выручал… — Рустам-ака не всю правду нам сказал. Не знаю, из каких соображений — но не всю. Никакой засады не было…

Толпа забурлила с новой силой, разразившись сотнями мнений, и среди множества вопросов и сомнительных замечаний громче всего звучало: «А как же орки?»

— Тихо! Дайте доскажу, потом и спрашивать будете! — дождавшись, пока гул чуть стихнет, Андалеб продолжил: — Орки были. Точнее, девки орочьи с ребятишками. Наши совершили обмен, узнали, что девки в лесу одни, и решили взять их. Посчитали, что легко захватят. Проиграли. Сами знаете, что при таких раскладах барон был в своём праве. Мог казнить, мог продать… — Джума, да и многие, согласно закивали. — Выбрал исправительные работы. Срока́ большие, все, кроме пацанов, что лошадей караулили, получили по триста пятьдесят, — кто-то громко присвистнул, — амнистий пока не предвидится, но барон сказал, приедет представитель с каким-то предложением, ждите.

— А ты? — удивлённо спросил чей-то почти мальчишеский голос.

— А мы больше интереса здесь не имеем, — Джума снова согласно кивнул.

В толпе снова завозились, начали выкрикивать, мол, не делается так, да, мол, струсили Машимбековы.

Андалеб поднялся в стременах и гаркнул:

— Ты меня ещё учить будешь, сопля зелёная!

Сопля начала орать:

— Да ты знаешь, кто я??? — и неизвестно, чем бы дело кончилось, если бы на поляне не появилось новое лицо.

— Добрый день, уважаемые, — гулкий голос с лёгкостью перекрыл крики возбуждённой молодёжи, а носорог вызвал некоторое замешательство. Да и сам всадник тоже. Он был огромен. И со своей зверюги сходить не собирался, возвышаясь над толпой, словно гора.

Орк немного подождал, внимательно вглядываясь в толпу, словно надеясь…

Да он надеется, что на него бросятся! — понял Андалеб и едва не расхохотался.

Не дождавшись агрессивных выступлений, орк слегка разочарованно вздохнул и извлёк из кармана листок, показавшийся в его руках крошечным. Глаза его в лесных сумерках засветились жёлтым, ещё больше добавив сходства со зверем и нагнав жути:

— Господин барон Денисов передаёт вам деловое предложение…

Андалеб с Джумой переглянулись и направили волнующихся коней в сторону — вроде как подальше от орка, а на самом деле прочь из толпы, — но на краю леса остановились, послушать. Орк откашлялся.

— Каждому, желающему вступить в военные или иные противоправные действия с Предгорным баронством предлагается оформить страховку на случай попадания в плен.