Онлайн книга «Дороги, которые...»
|
История о маленьких беглецах с плантаций уже разошлась по округе. Узнав, что эти дети путешествуют с отрядом, люди несли одежду, игрушки, гостинцы… Иногда Зулмат казалось, что это всё — сон, скоро она проснётся и пойдёт рвать сорняки на плантацию Далер-бея. От этих мыслей её охватывал ужас. Фургон мягко покачивало, девочка задумчиво разглаживала яркий головной платок, красный, с чудными цветами и кисточками по краям. Всего лишь десять дней назад она и представить себе не могла, что когда-нибудь у неё будет такая красота. — Почему они так поступают? — спросила она у дяди Гриши. — Мы ведь — чужие им. Мы не можем расплатиться, ничего не можем дать взамен. Почему? — Людям свойственно сострадать, Зулмат. Чувствовать боль другого. Иногда мы не в силах исправить ситуацию, но можем хотя бы поддержать… Все эти люди — они сопереживают вам. Зная вашу тяжёлую судьбу, стремятся помочь. Выразить своё участие хотя бы малым. Пойми, никто из них не ждёт вознаграждения за свою помощь. Но когда-нибудь, потом, когда ты вырастешь, станешь большой и сильной — на твоём пути встретится кто-то маленький и слабый, которому нужна будет помощь. И ты поможешь, не ожидая ничего взамен. Потому что это — правильно. — У Талтак-бая такого не было. — Там вы жили с родителями? — осторожно спросил Гриша. — Сперва — да. В таких хижинах из глины и травы. Потом, когда ребёнок подрастает — в детский сарай. Там плохо. Когда еды мало, старшие отбирали у нас. Мать иногда прятала для меня кусочек, днём передавала. Мы же работали на одной плантации. Потом её услали в другое место. Больше никто не жалел меня. Я не видела такого. — Неужели все были плохими? Зулмат пожала плечами. — Не знаю. Некоторые были хуже. Били нас. Другие просто… сами за себя. — Но ведь ты сама не бросила малышей в том сарае? — Это совсем другое! Далер-бек бы их убил! — Вот видишь! Ты пожалела их, проявила сочувствие. Если бы ты ушла одна, забрала все лепёшки — ты ведь шла бы быстрее, правда? И голодать бы не пришлось. Без малышей легче было бы устроиться куда-нибудь работать, так? — Зулмат задумчиво кивнула. — Почему ты так не сделала? Она думала, нахмурив брови. — Если бы я так сделала, я стала бы такой же злой, как те парни, которые нас сторожили. Плохие люди. Рабы, а старались сделать ещё хуже тем, кто слабее. Я не хочу быть такой. — Вот. А теперь вспомни, когда вы бежали к городу. Люди, пришедшие вам на помощь — их ведь было меньше, чем басмачей? — Сильно меньше! — Никто не знал, что Тиша, Лиззи и Рут — волшебные пантеры. Но они всё равно бросились вам на помощь, хотя и понимали, что могут погибнуть. А ведь могли бы спрятаться в городе и уцелеть… Почему? На этот раз она молчала ещё дольше. — Я не знаю… — Понимаешь, Зулмат, по-настоящему сильный человек постарается помочь попавшему в беду. Иногда — даже рискуя собственной жизнью. Во многих поселениях узнавали трёх сестёр, просили спеть «хотя бы одну песенку», а в благодарность несли продукты, угощали пастилой из местных ягод, ярко-жёлтыми яблоками и оранжевыми терпковато-медовыми грушами, сладкими пирогами, сыром, домашней колбасой. Маленький фургон уже был заставлен наполовину, и весь отряд непрерывно что-то жевал. На ночь они остановились в довольно большом посёлке в пятидесяти кило-метрах от Новой Самары. Пара песенок переросла в мини-концерт, после которого их всех принимали и угощали уж вовсе по-королевски. |