Книга Дороги, которые..., страница 105 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Исчезли последние кусты, и из растительности остались только травы и цветы, удивляющие своей изящной хрупкостью. При виде этих тонких, трепетных стебельков Соку всё время вспоминались нежные звуки флейты. Жила́ у них в подъезде одна девочка, как же красиво она играла… а он подойти стеснялся, дурак.

Несмотря на календарное лето, в горах уже вовсю царствовала осень, щедро расплёскивая по волнам высокогорных лугов всю палитру огненных красок от жёлтого до густо-багряного.

А ещё его беспокоила Марина.

После того случая у купальни она как будто… потухла. Через неделю он не выдержал и в один из вечеров предложил ей прогуляться и поговорить.

Она шла, немного ссутулившись и обхватив себя руками. Ладони подмышками. Совсем не похожа на жизнерадостную любопытную девчонку, которой она была всё время путешествия. Всё время до этого злосчастного купания…

Они отошли уже довольно далеко от лагеря, а он всё не знал, как начать. Все мысленные заготовки показались вдруг глупыми. Или корявыми.

Закатное солнце освещало осеннее буйство, и мир вокруг казался золотисто-розовым.

Марина опустилась на продолговатый камень, он стоял рядом, мучительно подбирая слова.

Она неожиданно заговорила первая, так, словно продолжая давно уже начатый разговор.

— Понимаете, Сокол, я теперь всё время боюсь. Зверей. Дурных людей. Но самое главное — не в этом, — она помолчала, наклонилась — хотела сорвать цветок, понял он, но передумала, пожалела; подняла вместо этого несколько мелких камешков и начала выкладывать из них узор на коленке. — Я боюсь, что если появится такой вот… Я ведь даже сделать ничего не смогу! — она почти выкрикнула эти слова, словно вложив в них остаток сил, и дальше говорила почти шёпотом: — Даже ударить. Вот стреляю я — и что? Смогу я выстрелить? В живого человека выстрелить — вот так. Раз — и нет его, — Марина смахнула камешки с коленки, — а убила — я. Ну как?..

Сок стиснул кулаки. Был у него знакомый, который не смог…

— Марина, поймите уже, что это — не игра. Не пионерский поход.

— Да я понимаю…

— Дослушайте, пожалуйста! Вы начали знакомство с Новой Землёй с чрезвычайно спокойного, ленивого и беспечного места. Жемчужный — это же тепличка, каких единицы. Я вообще не знаю, есть ли где-то ещё такие легкомысленные поселения. И дальше почти целый месяц — вдумайтесь! целый месяц! — вас никто не пытался убить, захватить в рабство, изнасиловать, купить, в конце концов. Немногие территории могут похвастаться этим. Дальше нам встретятся земли, жители которых убьют вас, не задумываясь. Потому что им понравились ваши кроссовки. Потому что вы солнце загораживаете. Ради развлечения. Это вот — худший вариант, потому что в этом случае смерть может растянуться на много часов, — Марину передёрнуло. Сок смотрел внимательно: — Когда дойдёт до дела — вспомните мои слова. Каждая секунда вашего сомнения может стоить жизни одному из ваших друзей. И вам тоже.

Марина сидела съёжившись, обхватив себя руками.

— Скажите… А женщин часто воруют?

— Да. Во всех Серых Землях это обычная практика. Гаремы. Сексуальное рабство. Просто рабство, в конце концов. Больше того вам скажу, на большинстве относительно спокойных территорий узаконена работорговля. Так что никогда — слышите, никогда! — не отставайте от группы. И никуда — категорически! — не ходите одна.