Онлайн книга «Пока летит монета»
|
Дроу снова схватился за горло, а потом, резко развернувшись, уставился на меня. Дошло? Я усмехнулась и показала ему средний палец. Всемирный универсальный жест, понятен на любых языках. В какой-то момент я подумала, что он метнёт в меня клинок. И, видимо, не я одна, потому что передо мной резко выросло несколько спин моей «свиты». — Дерись, или я зарежу тебя, как свинью, — услышала я холодный голос мужа. — Тир, дайте мне хоть подсмотреть-то! — громко прошептала я. Так и простоят ведь забором! Прошло несколько томительных секунд, пока Тиредор не счёл ситуацию для меня безопасной, и я получила возможность видеть. Вова стоял, слегка наклонив вбок голову. Опущенная рука со шпагой обманчиво казалась расслабленной. Взгляд совершенно холодный, какой у него бывает на поединках. Сейчас перед ним не человек — скорее, мишень. Дуилин напротив походил на до отказа накрученную пружинную игрушку — не пойми, куда скакнёт. Рассмотреть сам поединок я, как обычно не смогла. Ну не успеваю я за такими скоростями: всё мелькает, периодически звенит сталь… Да и кончилось всё довольно быстро. Дроу бросился вперёд, на мгновение превратившись в смазанное пятно. Загудела, ударившись о доски сцены, выданная ему шпага, упавшая вместе с отрубленной кистью. Полетели ещё куски, руки, ноги… фу, не люблю такие подробности. Последней отвалилась голова. Ой, нет, отвалилась тушка, а голова осталась насаженной на баронскую шпагу. От силы три секунды. Галадриэль снова закричала, хрипло и отчаянно. Ну что, каждый имеет право на искренние чувства… Никита-кузнец приволок стальную ванну, в которую сгрузили и тут же (прямо в этой ванне) окончательно сожгли тело. Так, Оля, подумай о себе и о ребёнке! Я вошла в неглубокий транс, нашла привлекательную золотую ниточку и накачалась бодрящей энергией по самую макушку, так что детёныш начал скакать и толкаться в животе, упираясь в пузо головой. Вот, а то усталость ещё какая-то — зачем она нам нужна! Предстоял суд. СОБСТВЕННО, СУД Я встала, потягиваясь. Саламандра взбежала мне на плечо. — Ну что, давай посмотрим на этих человечков и найдём злоумышленников? — она согласно чихнула. Я пошла вдоль ряда, нарочно оставляя Галадриэль на самый конец. Собаки и охрана двинулись за мной. Мне очень хотелось верить, что многие ничего не знали о готовящемся покушении. Громкий камушек был уже привычным на ощупь. — Внимание! Сейчас я проведу дознание и определю: кто виновен, а кто — нет. Мне придётся заглянуть к вам в душу. Вы должны повернуть правую руку ладонью вверх и поставить её на уровне груди, вот так! Воздержитесь от резких движений, ничего не надо говорить, пока я не спрошу. Мужики были угрюмы, девушки плакали. С самого правого края сидели моряки. С них и начнём. Саламандра бодро спрыгнула первому на колени и заглянула в лицо. Мужик слегка отшатнулся назад. — Спокойно, — лёгкого прикосновения к ладони хватило, чтобы понять… — Невиновен, — мы перешли к следующему, — Невиновен… — ещё шаг, — Невиновен… — мужики недоумённо переглядывались между собой, — Невиновен… Невиновен… Невиновен… — Прощенья просим, госпожа! — один из проверенных поднял руку, как в школе. — Да? — То есть, значицца, кого перешерстили — ульну́ть можно? Аль ишшо-от посидеть надоть? Я взялась за камушек, чтобы не отвечать по сто раз: |