Книга Идем на Восток, страница 62 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Татьяна Семёновна решилась.

— Я узнала, что к вам приставили гида. Светлицыны настояли на кандидатуре — лучший специалист-общественник… — она разгладила скатерть, — Многие не стали возражать. Я понимаю, это политика. Кто-то не совсем доволен новым союзом…

Я молча слушала, хотя мне до ужаса хотелось сказать: «Я вас умоляю! Да многие готовы нас уже сожрать от зависти!»

— Они будут искать ваши слабые места. Но я… понимаете, чисто по-женски, я бы не хотела, чтобы вы попали в сложную… неразрешимую ситуацию, — княгиня собралась с духом, — Я хочу предупредить! Это человек опасен. Он…

— Патологический ловелас? — закончила я.

Татьяна Семёновна захлопала глазами:

— Вам уже сказали?

— Да боже ж мой, дорогая моя! Вы что — не читали моё досье?

Она смотрела на меня во все глаза.

Понятно. Не читала. А ведь оно есть, при такой крыше — не может не быть!

— Я — видящая. Вижу опасность. Могу читать в душах. Молодой человек забавен, но не опасен. Нравы у нас довольно свободные. Я думаю, что до конца поездки наши девчонки будут кидать его друг другу, как мячик, пока не наиграются, тем более что с ним даже предохраняться не надо — он же бесплоден.

Княгиня смотрела на меня почти что с ужасом.

— Татьяна Семёновна, дорогая! Чем я вас так поразила? Развязностью нравов? Женской свободой выбирать половых партнёров? У вас не так, видимо?

— М-м-м… у нас всё довольно-таки… патриархально.

— Видела я итоги вашей патриархальности. Вон, вся верхушка уже шизует по-жёсткому. Я, кстати, предпочитаю чай горячий, чёрный и с молоком.

— Ой, извините!

Мы принялись за чаепитие.

— Ой, какой пирог! Обожаю черёмуху со сметаной! Сами пекли?

Княгиня чуть не подавилась.

— Да шучу я, шучу! По спине похлопать?.. — чё-то жалко мне её стало; не так всё лучезарно в княжестве оказалось, как хотелось бы, — Я, Татьяна Семёновна, не вижу путей выхода для вашей верхушки. Вы же об этом хотели поговорить? Только пороть — и на принудительный общественно-полезный труд. Но если вы попытаетесь это осуществить, боюсь, случится что-то типа переворота.

— А как же проект? — испугалась она.

— А что — проект? С другими также договорятся. Новая власть обеспечит новые поставки — и все дела. Естественный отбор.

Она закусила губу. Ладошка у меня зачесалась, выпуская саламандру.

— Ой, что это?

— Не что, а кто! — наставительно пояснила я, — Божественная саламандра. Существо полезное. В первую очередь — лечебное. Дайте ей руку.

Княгиня раскрыла ладонь, и огненная тварюшка деловито пошла по руке, принюхиваясь, залезла на плечо, осмотрелась и чихнула княгине прямо в ухо. Та засмеялась:

— Щекотно… — саламандра улеглась на плече и вроде как уснула, — А она не упадёт?

— Думаю, нет. Когда ей надо, она и по потолку ходит.

— Забавная… — она осторожно погладила саламандру пальцем и вздохнула, — Что мне делать? Я чувствую себя бесполезным придатком к мужу… Что-то затевается… такое… — она неопределённо покрутила в воздухе пальцами, — А я даже ничем помочь не могу. Сижу тут, как жаба на куче.

Фубля. Что за мироощущение? Терпеть такое ненавижу.

— А что вы умеете? С этого начнём. Кем выбыли на Матушке?

— До пенсии — бухгалтером-экономистом. На большом промышленном комплексе.

У меня аж дух захватило:

— Шикарно! Вам что — экономисты не нужны?