Онлайн книга «Идем на Восток»
|
— Зачем? — я только и успела спросить, когда повозки вместе с землёй вокруг вспыхнули, превращаясь в огненный тороид, а затем и в раскалённый прозрачный купол. Крик людей и лошадей, смешавшийся с треском огня и отчаянным криком дракона был ужасен. Я поняла, что кричу тоже. Все мы кричали. Кричащая дракониха — это страшно. Там ведь был её муж, в этом огненном аду… Муж, сын, братья, сестра, друзья… Четверо моих, кровных и почти шестьдесят принятых — тех, кому я клялась быть защитой… Да будь ты про́клят, зелёная тварь! В сотне метров в сторону чёрная фигурка барона прорубалась сквозь толпу зелёных орков. Это уже были не мальчишки-наблюдатели. Огромные, по два с половиной метра экземпляры, а то и поболее. Выведенные специально, чтобы воевать. — Галина! — закричал Кадарчан, — Надо убить шамана! Мы были уже близко. Барон нас, конечно, не видел. Вокруг него кипела зелёная каша, вздымались огромные дубины. Вздымались — и отлетали щепками, вместе с кусками рук, крошевом голов. Вот он метнул свой молот, зацепил высокого орка, увешанного костями, клочками шкур и перьями, сдёрнул с зелёного бугая, на шее у которого тот сидел верхом, и начал вколачивать его в землю, не обращая внимание на сыпящиеся отовсюду удары. Он ведь говорил мне: «Достану — буду крошить: в кашу, в фарш, чтобы уж точно не возродился!» Крики монстров достигли невозможного предела. Они бежали со всех сторон — все, которые выжили. Лезли через оставшихся в живых орков, затаптывая и снося, орали, заливая всё кислотой, разрывая… Сотни! Вова скрылся под копошащейся кучей. Вот теперь я закричала почти как дракон. Василиса Казалось, что кожа начинает кипеть. Мысль. Была мысль. Вокруг огонь. Мне… не хватает… энергии… Василиса упёрлась в землю руками, поднимая себя на четвереньки, потом на колени: — Я… огненный… маг!.. Сингкэ-э-эн!!! Огненный купол схлопнулся и… втянулся внутрь. Жива! И у неё есть сила! Василиса тяжело дышала. Всё, что было ближе к кислотному кольцу, превратилось в головни. Люди, о боги… Кони плакали… Кто-то ещё был жив, кричал или хрипел. Лекарь, нужен лекарь… Резко воняющая палёной шерстью куча зашевелилась. — Боня! — голос показался чужим, хриплым и страшным. Носорог поднялся, тяжело припадая на левую заднюю ногу. Мотнул головой. Приглашает? — Правильно, Боня! Мы живы! Пошли, покажем им! Кельда Я не помню, что я делала. Только обрывки. Помню прорубающихся сквозь звериную кашу воинов вокруг меня. Помню, что видела мелькнувшего носорога, яростно топчущего врагов и Василису, заливающую всё слепящим оранжевым огнём. Рычала Галя… Что делала я? Помню только свой яростный крик. Потом, когда всё совсем закончилось, я вернулась и осмотрела трупы этих зверюг. Я рвала им сердца — больше никак нельзя объяснить такие повреждения. У многих внутренности были просто превращены в лоскутки. Быстрая, мгновенная смерть. Мы рылись в кургане из трупов, отыскивая его, обжигаясь кислотой, матерясь и призывая богов, по колено в кровавой мешанине непонятно уже из чьих кусков. — Ольга! — эвенк откидывал в стороны ошмётья шкур, — Шлем! Парни бросились к нему, помогая вытянуть скользкую неподъёмную ношу. А я оборвалась внутрь, в тонкий энергетический план, в котором сразу можно было понять — есть ли ещё надежда… |