Книга Выбор – быть человеком!, страница 47 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Павел Юрьич отдёрнул рукав свитера, глянул на часы.

— Десять тридцать. А куда ехать?

— К порталу на пляж Якоби.

Он посмотрел на дочь. Наташа торопливо закивала головой.

— Хорошо, мы подъедем. К кому нам обратиться?

— Вы можете подойти в отделение МФЦ у портала или обратиться к дежурному экипажу полиции, вам сразу подскажут. Фамилию вашу назовите, пожалуйста…

…

Лида заканчивала разговор, уже всовывая ноги в кроссовки. Из кухни высунулась мать:

— Ты далеко?

— До портала! Тётю Олю надо вызвать, срочно!

— А-а, ясно. Хлеба на обратном пути купи.

— Ладно! — Лида понеслась по лестнице, на ходу застёгивая куртку.

ОБЪЯВЛЕНИЕ СРАБОТАЛО

Новая Земля, Серый Камень — Иркутский портал, 27.04 (августа).0005 // СтЗ, десятое октября

Кельда

Голубь прилетел в замок около восьми часов (вечера, вечера, конечно), так что можно было спокойно ехать верхами и не торопясь, вместе с беловоронским торговым поездом. По-моему, Вова даже немного расстроился. Я выбирала штаны. Чёрные или чёрные? Да уж, сложноватый выбор. И футболку одену. Тоже чёрную. Не сильно на доктора похоже, но если я приволокусь в медицинском халате, будет даже странно. Тайга, избы, и вдруг докторица как с картинки про частную клинику. Тем более что халата у меня нет! Я фыркнула и бросила вещи на кровать. Муж хмурился.

— Ну что ты, Вов? Проедемся спокойно.

— Не хочу я с грузом ехать. На третьей речке мост хлябать начал. Сегодня тяжёлые — пойдут бродами. Будем два часа ползти.

— Ну давай… — мне вдруг пришла в голову классная идея! — Слу-у-ушай! А давай на великах поедем, а⁈ Сто лет не доставали! И по короткой дороге.

Вова хмыкнул. Подумал.

— А поехали. Прямо щас, пока светло. Заодно ревизию проведём.

Речки, пересекающие короткую дорогу, были, скорее, широкими ручьями. Речушки-переплюйки. Если забрать подальше на юг, выше по их течению, как раз и можно было без напряга пересечь все эти водные… хотела написать «артерии», но подумала, что скорее нужно использовать слово «сосудики» или вовсе «капилляры». Так вот. Ближе к впадению в Бурную русла становились более врезанными в почву, берега́ спрыгивали к воде обрывчиками — небольшими, от силы метр высотой, но этого было достаточно, чтобы затруднить спуск к воде тяжёлым телегам. Да и русла сами были не особо пологими, так что давным-давно, аж в первый год, мужики организовали на них вре́менные мостики. Потом возникли другие дела-заботы, мостики вроде стояли — да и ладно. К пятому лету временные конструкции начали-таки хлябать, намекая, что надо бы задуматься и о чём-то постоянном. Сильнее всего раздолбились три мостика между островом и каменоломней. Ещё бы, нагрузка-то на них в разы увеличилась! Естественно, что с них и надо начинать, тем более что мощёный аппендикс почти уже дополз от каменоломни до отворота на основную дорогу.

Мы облазили все восемь мостиков со всех сторон — и всё равно приехали минут на сорок раньше поезда (в старинном понимании этого слова: нашего, торгового поезда, составлявшегося из отдельных повозок). В Иркутске шёл мокрый снег. С порывистым ветром и пытающимися замёрзнуть лужами. Я сразу вспомнила Расторгуева с его песней «Атас». Атас, прямо не то слово. У портала никого не было. Рано ещё, наверное.

— Что, в МФЦ пока?