Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 4»
|
«Колхозная» выгода получилась на двести пять рублей больше, чем могла бы быть. Вова такой хозяйственный подход оценил и немедленно выдал Рашидке из этих денег тридцать пять рублей премии. Потом Таня неожиданно подошла ко мне с вопросом: а можно ли, если две её подружки тоже хотя бы ненадолго приедут пожить на юннатской станции? Дескать, очень просились. С одной стороны это было внезапно, а с другой — не этого ли мы хотели? Я пошла, посоветовалась с Вовкой, а потом мы совместными усилиями сочинили «Правила внутреннего распорядка» для временных членов ДСЮНиОСХ «Шаман-камень». Получилось типа летнего трудового лагеря: мы детей берём бесплатно, обеспечиваем кормёжку и всякие проживательно-гигиенические условия, но они обязательно должны помогать по хозяйству. Допустим, те же веники для коз вязать, на выпас с ними гулять по противопожарке или ещё что-нибудь такое же несложное. Только давайте не прямо сейчас, а где-то через неделю-полторы, а то в одном доме, где собирается вся родня, будет тесно и неудобно. И, конечно, не просто с согласия, а с письменного заявления родителей, чтоб никаких потом к нам дурацких претензий. Таня всё равно обрадовалась, и поскорее засобиралась домой с отцом, потому как до конца достройки второго дома всего ничего осталось, а ей хотелось сообщить девчонкам суперважную новость прямо сейчас. Да и пусть скатается. Вовка тоже собрался и к деду помчал, на велике. Клинок под шпагу он за эти дни до ума довёл, теперь ему рукоять и гарда была нужна, и не абы какая, а конкретная, по его эскизу и по его размеру кисти (а кузнеца знакомого нет, а у деда — наверняка есть!). Попросил, если придётся задержаться, чтоб Рашидка его в сараях по утрам поподменял. Хотел Наташку с собой скатать, деду с бабушкой показать — ни в какую не поехала. Ну, понятно: тут у неё подружка, игры с утра до вечера и всё такое… Семнадцатого июня (по солнышку) к нам приехал Пал Евгеньич. Я даже удивилась. Обычно он чаще чем раз в месяц нас не навещает — а тут только виделись, восьмого же? Я пригласила его в дом, налила чаю, печеньки поставила. Журналист выглядел… как-то странно. — Оленька, а вы разве дома совсем не бываете? Я заподозрила какой-то подвох и не ответила ни да, ни нет: — Так ведь лето же, Павел Евгеньевич! Дача, свежий воздух, успеваем надышаться. — Это, Оленька, всё здорово, однако председатель горисполкома попросил меня подъехать к вам лично, а то на звонки никто не отвечает, дважды телеграммы срочные посылали — никто не реагирует… Тут мне как-то не по себе стало. — А что случилось-то? Вроде ж всё нормально было? Или мы при вьетнамских гостях что-то не то сказали? — Да Бог с вами, Оленька! — махнул рукой Пал Евгеньич, поразив меня религиозным оборотом. — Что вы себе придумали! Всё прекрасно прошло. Напротив даже, Виктор Степаныч именно касательно вашей книги дал поручение по линии издательства — немедленно поставить в план. Срочно. Нужно ваше присутствие и родителей. У вас есть возможность сейчас до города съездить? Я бы вас подбросил. — М-б-у-ф-ф-ф… — только и сказала я. — А родители оба на сессии. В Улан-Удэ… — М-м-м-хм-м-м… Хм… И надолго? — Ну, ещё неделю где-то. — М-гм… — Пал Евгеньич озадаченно потёр лоб. — А давайте так: мы с вами поедем в издательство, вы отдадите им рукопись, чтобы с ней уже начали работать, мы возьмём договор… Мы даже можем его прямо там заполнить, правильно? А потом кто-то из родителей приедет и распишется, м? |