Книга СССР: вернуться в детство 4, страница 11 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

ДИВНЫЕ ЗВЕРЮГИ, ДОЖДЬ И НЕРВЫ

Встречали нас торжественно: девчонки втроём, Рашидка, бабушка и Федька. Федька увидел пушистых куриц и чуть не задохнулся от восторга:

— Дай! Дай ме!

Он так трогательно тянул ручки… Но бабушка строго сказала:

— Нет! Нельзя! Не вздумайте маленьким давать, силу рук не чувствуют, придушат.

И это, к сожалению, правда.

— И карантин у них, — скрепя сердце, отказала я. Лучше их пока не трогать, не пугать. Вот оклемаются, отсидятся — тогда можно будет и погладить.

Заселение произошло спокойно, в штатном порядке, пока в отдельно стоящий карантинный сарайчик. Куриц из клеток вообще не стали пока выпускать, перевели из транспортных в две наших, размерами попросторнее. Посмотрю, утром, глядишь, в вольерчик их переведу.

В свинских паспортах (на двух языках, между прочим) было написано, что рождены путешественники первого марта. На глаз, я бы сказала, килограмм по пятнадцать-восемнадцать. Как будто худоваты. С другой стороны — стресс, дорога, карантин ещё как этот проходил, непонятно. Да откормим!

Мы с Вовкой прошлись с вечерним обходом по нашему хозяйству. Темнеющая почти завершённая крыша нового дома вызывала у меня чувство глубокого удовлетворения. Сомневаюсь я, что работнички мои смогут на сруб перекинуться — вон как небо-то обложило, как ватным одеялом…

Проверили мы все стайки и пошли чаи гонять. А там, помимо всех вышеперечисленных, уже и Наиль с Дашей да Валя с Рашидом за столом сидят — лето же пришло, можно снова сплошным повалом на полу в спальниках да одеялах раскладываться, особенно когда каждый час дорог. Дом же они начали строить, своими силами. Теперь каждый раз после работы — сразу на дачу, чтоб успеть за вечер пару-тройку брёвен положить. Сруб потихоньку рос.

— Ну, что, товарищи, — торжественно сказала я, — есть вариант, что в ближайшие дни нас посетит международная вьетнамская делегация.

— Как?! — испугалась бабушка. — Какая делегация?!

— Которая нам свинок и курей привезла.

Дамы заклопотали, чисто курицы: да когда?.. да надо встретить!.. да красоту наводить…

А я подумала: вам надо, вы и наводите, а у нас и так прилично. Угостить вот надо бы. Эх, если б точно дату знать… И я была озадачена этим вопросом, пока Вова не сказал мне:

— В субботу приедут.

— Почему именно в субботу?

— Завтра: утро отдыхают, с обеда обязательно официальное мероприятие и экскурсия по городу, послезавтра — по-любому на Байкал повезут, в субботу — к нам.

Я покумекала и согласилась, что звучит логично. Значит, к субботе приготовимся особо.

6 июня 1985, четверг.

Строители примчались с утреца с выпученными глазами, давай скорее колотить, в отчаянной попытке обогнать погоду. В десять утра набрякшие тучи разродились первым мелким и реденьким, но противненьким дождичком, и больше всего я опасалась, как бы кто с мокрой крыши не сверзился. Но, Бог миловал, всё обошлось. Однако, гениальный план разделить бригаду, не состоялся. Солнце так и не показалось. Дождь время от времени переставал накрапывать, а потом снова начинал. Ворочать по скользоте даже пятнадцатый брус ни у кого вдохновения не вызывало, и Петрович решительно распределил работников по-другому: двоих — окна вставлять, а остальных — черновые полы делать, благо, дом большой.

А я пошла вносить в новый журнал записи о прибывших зверюгах. Стратегический запас гроссбухов внезапно начал иссякать — надо бы ещё прикупить. Для каждой новой породы у меня своя книжица, иначе такая путаница получается, только пот утирай. К моему глубочайшему удивлению, братья-вьетнамцы (те, которые люди) отправили нам трёх девок (тех, которые свиньи) и трёх же парней. Чем они, интересно, руководствовались?