Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 3»
|
— Ой, а так можно? — «радостно» распахнула глаза я. — Это мой одноклассник, Вова Воронов, он ждёт меня в соседнем зале. Позвать? Товарищи писатели переглянулись. — Сегодня не нужно, — торопливо вклинилась секретарша, — этого у нас в повестке нет, возможно, мы рассмотрим вопрос на одном из следующих заседаний… — Очень жаль, — покачала головой я. — С другой стороны, к следующим заседаниям как раз выйдет вторая его публикация. — А твой друг — тоже пишет? — снова трагически заломив брови, спросила поэтесса. Вообще, странный вопрос, учитывая, что я только что сказала. Ну да, поэтессам свойственно странное. — Мы пишем вместе. Редакция журнала «Костёр» предложила поработать над продолжением той книги про Железногорск, о которой я упоминала. Мы отправили рукопись второго тома, сейчас работаем над третьим. — Но это же уму непостижимо… — подала голос ещё одна дама. — Вы представляете себе, вообще, какой это объём работы? — Конечно, представляю, — засмеялась я. — Больше вам скажу, я даже веду свою статистику. С того момента, как мной было принято решение о начале писательской деятельности, прошло практически ровно два года. Объём изданных за этот период произведений составляет порядка семидесяти авторских листов — в прозе! — подняла палец я, потому как в стихах совсем по-другому считается, — а это два миллиона восемьсот тысяч знаков. Поделим на семьсот тридцать дней и получим три тысячи восемьсот девяносто знаков в сутки. Четыре тетрадных страницы в линейку. Мизер, на самом деле. И это я ещё про черновики фантастики никому не говорю, которые у меня лежат в товарном количестве. — Но ведь надо ещё иметь, что сказать! — почему-то возмущённо воскликнул солидный дядька с бровями. — Ну, если вам нечего сказать миру, — приветливо улыбнулась я, — вы можете приносить пользу Родине в другой области. Отдельные товарищи писатели несколько злорадно захихикали. Дядька сердито покраснел: — И всё же, я считаю, что подобная гонка за объёмами, стремление угодить массовому читателю — это заведомая сдача позиций настоящей литературы! Тяготение к развлекательным жанрам принижает высокое звание творца и низводит его до уровня ремесленника, каковым он является в условиях капиталистического мира с его тенденцией ухода и даже, я бы сказал, бегства от действительности. Ты глянь, какой пассаж! — Вот это вы мощно! — почти восхитилась я. — Репетировали? Или экспромт? Как я рада, что в Союзе писателей столько серьёзных и умных людей! Мощная аналитика, глубокая подача… — я выразительно щёлкнула застёжкой портфеля, вынула и аккуратно развернула письмо, полученное мной вместе с печатной машинкой: — Вот тут, за подписью шестидесяти восьми товарищей из Московского отделения Союза писателей, сказано, что они высоко ценят моё стремление следовать методам соцреализма. Должно быть, все они погорячились, и первоначально им следовало обратиться к вам за консультацией. С противоположного конца кто-то усмехнулся, и я, как говорил эмигрант Набоков*, «со стеклянной ясностью» поняла, что в местном писательском сообществе далеко не все единодушны. Жабогадюкинг практикуют. Понятно-с. *Насколько я могу судить по отсутствию его произведений в любой из посещённых мной библиотек — до сих пор прочно запрещённый к печати. |