Книга СССР: вернуться в детство 3, страница 19 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Подозреваю, что готовился. Интересно, увлекут моих братух-сеструх перспективы нашего хозяйства?.. Через пятнадцать минут стало ясно, что не увлекли. Вовка вернулся со скепсисом на лице.

— Ну, что? Не хотят?

— Ты знаешь… Не то что бы, а… — он покачал головой.

— Да скажи, как есть!

— Старшие не хотят впрягаться на постоянку. У Алёнки подружка в ИСХИ живёт, свой дом, скотины полно, она сразу сказала: не хочу, мол, также. Андрюха боится, что не сможет ездить, подведёт и прочее. Может, тоже не хочет, просто напрямую в ломы говорить. Но пока лето, обещались помогать безо всяких договоров, просто так. Из альтруистических соображений, так сказать…

— А Рашидка?

— А вот он, как раз, согласен и поработать. Но мелковат он, — Вовка с сомнением поморщился.

Рашидка, и правда, был мелковат — не только в детстве, а и потом, по жизни. Всю дорогу худенький был, рост едва за метр шестьдесят.

— А он понимает, что работа тяжёлая? По времени недолго, но это ж чистить…

— Конечно! Я сразу прелести обозначил, чтоб потом обид не было.

— Слу-у-ушай, — вспомнила вдруг я, — а у него ведь замечательный талант к портновскому делу был. Всю жизнь он шил, нигде особо не учась. И, главное, из меха тоже, скорняжил. Шубы, дублёнки — шикарные вещи! Просто, на глаз.

— Да ты что? — Вовка потёр подбородок. — Так надо будет кролей мясо-шкурных посмотреть — да пусть шьёт. На родню, хотя бы.

— Химикаты для обработки шкурок где будем брать?

— Ну, где-то же их берут? Иначе бы шуб не было. Поузнаю́.

— Ну чё, пошли тогда с девчонками поговорим?

Танька с Иркой, как и положено маленьким, как услышали, что мы можем сами, без помощи родителей, рулить хозяйством и даже зарабатывать денежки — у них тут же огонь в ж*пе (простите) загорелся — вот прям немедленно мчаться и хозяйствовать! Вовка строго сказал, что если подписываемся — то уж без отлынивания. Обе били себя пятками в грудь. Что будет — посмотрим. Пока мы запланировали на завтра подготовку посадочных лунок под кусты — по многослойной технологии. И пошли… нет, не домой. На рынок строительный пошли. Там, у тех же дядек, что принимали заказы на стройматериалы, можно было окна заказать. Размеры я записала, а идти тут — подумаешь, километра три, машин на дороге почти нет.

НЕПРИЯТНЫЕ СЮРПРИЗЫ

Первым неприятным сюрпризом оказалось отсутствие стёкол в окнах. То есть, они вообще отсутствовали, в принципе, как класс. Мужик на приёмке заказов смотрел на нас как на скорбных рассудком. Дескать, они тут — по деревообработке. Соответственно, делают рамы. Ра-мы — внимание! — конечно же, без шпингалетов! И без петель, это вы верно угадали. Рамы выглядели как вкладыши, а уж «пользователи» сами должны были купить петли, какие им нравятся, сами вре́зать (или уж навесить, я не знаю, как правильно), сами шпингалеты прикрутить и стёкла вставить.

Народу перед закрытием было мало, а к этому дядьке — вообще никого, кроме нас, поэтому мы могли себе позволить стоять и разговоры разговаривать. Я представила себе все эти многоступенчатые мероприятия, и у меня аж в зобу дыханье спёрло. Вовка взял мою ладошку и слегка сжал:

— Спокойно, не нервничай. Ты, давай: походи пока, погуляй… Иди-иди, я сейчас решу.

Я пошла вдоль ряда павильонов, в каждом из которых продавалось что-то своё. Вот тебе, пожалуйста — стекло оконное, вон там — железяки всякие, по-любому, там и петли есть. Что ж вам, блин, мешает скооперироваться-то? Оглянулась на Вовку. Он что-то втолковывал неожиданно покрасневшему мужику. Ёпрст, надеюсь, до смертоубийства не дойдёт. Дядька забежал в свой павильон, а Вовка оглянулся, успокаивающе махнул мне рукой. Продавец снова выскочил, начал экспрессивно тыкать карандашом в какой-то листок. Вовка иногда кивал, а иногда — нет. Потом говорил уже Вова, а дядька снова краснел, сердился и спорил. У меня прям нервов не хватает на это смотреть!