Книга СССР: вернуться в детство?, страница 99 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

*Магический квадрат —

это пространственно-

математическая задачка.

Такая квадратная таблица,

в которой число строк

и столбцов одинаково,

и заполнена она

неповторяющимися числами

от 1 и далее таким образом,

чтобы сумма чисел

в каждом столбце, каждой строке

и каждой диагонали была одинакова.

Магический квадрат

четвёртого порядка —

это когда количество ячеек

в столбце или строке

равно четырём.

Я расчертила лист на квадрат со стороной восемь ячеек — ручкой, чтобы не стереть линии, когда начну работать с числами. А потом заполнила табличку числами по порядку, стараясь нажимать едва-едва, чтобы линия получалась бледненькая. А потом начала стирать и менять числа местами в определённом алгоритме. Когда часть таблицы была заполнена, я проверила готовые строки — реально, одинаковое количество! Неужели я нашла ключ⁈

Я бросилась усиленно заполнять дальше, чтоб скорее закончить всё и проверить столбцы тоже, и так увлеклась, что опомнилась, только когда гневный голос над моей головой произнёс:

— Это что такое? — и чья-то рука выдернула у меня тетрадку.

Я успела удержать фразу: «Это что за хамство?» — хотя для этого мне пришлось стиснуть зубы. Всё-таки моей матушке тут неплохо работается, сейчас нужно постараться в дипломатию.

Надо мной стояла директриса. И весь класс стоял колом в проходах между партами и таращился на меня. Включая совершенно несчастную Татьяну Геннадьевну.

— Добрый день, Алевтина Ивановна, — сказала я, поднимаясь. — Простите, увлеклась, не заметила вашего прихода.

— Ты чем занимаешься? — гневно потрясла она тетрадкой.

— Пожалуйста, обращайтесь с этим предметом бережно. Он содержит чрезвычайно ценную информацию.

— Нет, вы посмотрите на неё!

— Может быть, мы не будем срывать урок и поговорим в другом месте?

Я начала проталкиваться между учениками, и Татьяна Геннадьевна расстроенно сказала:

— Ребята, садитесь, — так что директрисе пришлось уже проще.

Я вышла из класса и пошла в сторону директорского кабинета. Алевтина Ивановна возмущённо клацала каблуками за мной. Более всего она напоминала надутую камеру, из которой подтравливает воздух.

Я шла и представляла себе, как гордо сейчас с ней поговорю. Я же издающийся автор, а не пуговичка вам от кальсон! И вообще, скажу: я и так согласилась на уроках сидеть, вам не кажется, что заставлять меня в придачу непрерывно смотреть на доску и записывать примитивные примеры — это всё на психологическую пытку смахивает? И ещё…

Я зашла в директорскую приёмную и проследовала мимо секретарши.

— Там никого нет! — воскликнула она.

— Вон она, сзади идёт, — мрачно ответила я и прошла в кабинет.

Памятуя о том, что наша директриса в те годы крайне трепетно относилась к тому, чтобы в её присутствии никто не смел садиться раньше неё, я остановилась у её стола, напротив директорского места. Так, пожалуй, даже лучше будет. Она сядет, и мы окажемся практически на одном уровне.

Директриса величаво… как это сказать?.. вшагала в кабинет и уселась в своё директорское кресло. Смотрела она крайне неприятно. А ведь будет вполне доброжелательная тётушка. Сильно потом. После всех своих несчастий. Удивительно, как люди меняются. Я думала всё это, пока она пафосно читала мне нотации. И вдруг, в паузе, услышала свой голос. Мдэ, бывает со мной такое, особенно в момент стресса, подсознание успевает сказать до того, как регулирующие процессы включатся: