Онлайн книга «Солнце мое»
|
Уже вечером, лёжа у него на плече, я вспомнила: — Слушай! Маминому мужу тут предложили… как это… халтуру, короче. В медицинском садоводстве свет протянуть. Деньги хорошие. Но одному сильно неудобно, он судорожно ищет напарника, понимающего в электричестве. Спрашивал меня про знакомых. Ты не хочешь? Сказал, работы дня на три-четыре. На самом деле, я опасалась, что он откажется. Про обтяжку «рояля» помните? Так вот, Вовка ж никуда не полетел. Значит, что? Денежки на спирт остались. Ну, или спирт, который легко можно превратить обратно в денежки. По крайней мере, особого безденежья не ощущалось, и я предполагала, что затея покажется ему не особо интересной. Но он сказал: — Надо послушать: сколько работы, какие деньги. Так-то можно было. На этом мы и уснули. ВНЕЗАПНОЕ ЗНАКОМСТВО 15 июля. В субботу утром неожиданно заявились мама с Василичем. Хорошо хоть не в восемь, а в десять, и мы как чувствовали — одетые в кухне сидели. Я пошла открывать и страшно обрадовалась этому последнему факту. — А чьи это туфли такие?.. — с некоторым ужасом спросила мама, и в воздухе прямо повисло «огромные» и, главное, «мужские». Вовка вышел из кухни: — Добрый день. Мне показалось, или Василич с мамой как-то немножко подвинулись друг к другу? Сплотили ряды, типа. Почему-то стало смешно. — Познакомьтесь, это мой друг, Вова. А это моя мама, Галина Николаевна и её муж, Александр Васильевич. — Большой, большой… — несколько растерянно пробормотала мама. Да, как-то вот так вышло, что вся родня у нас не очень высокорослая. Зато Василич не растерялся: — А, так это тот Вова, который в электрике понимает? — обрадовался он и протянул руку, — Александр! — Владимир. — Ольга говорила? Есть подработка, хорошо платят, но одному мне никак… Они ушли в комнаты и там стали обсуждать свои электрические темы. — Оля, — шёпотом спросила мама, — это просто знакомый или прямо друг? — Прямо друг, мама. Только никому не говори, чтоб не сглазить. — А. Ладно, — она явно растерялась. — Вот так внезапно вырастают дети, раз — и всё, да? — Да ну тебя! Всё твои шуточки опять⁈ — Ну почему, — я усмехнулась, — Мы дружим. Я надеюсь, что всё будет хорошо, но в жизни же всякое бывает, правда? Она вздохнула. — И не говори. — Ну, не кисни! Пошли чай пить. — А с чем? — С пирогами же! Мама зашла на кухню и увидела на стуле книжку. — Оля! Что ты читаешь! «Осколки челюсти»… Я с трудом сдержалась, чтобы не заржать, аки конь. — А точно «осколки челюсти»? Мама схватила книжку и прочитала по слогам: — Ло-ис Ма-к…мас-тер, — согласна, шрифт на обложке так себе, — Ос-кол-ки чес… А! Осколки чести! — и тут мы начали неудержимо ржать. Просто вот с подвываниями. Это у нас фамильное, что ли. Придурь такая. Ржали, пока Василич не заглянул и не спросил, что тут с нами такое странное происходит. Ой… Ладно, сели чай пить. ВЫХОД В ЛЮДИ 16 июля. В воскресенье пришлось встать рано. Боже, для меня это всегда подвиг! Я сова, классическая сова, и если надо мной не висит меч обязательств являться куда-то в утренние часы, мой график очень быстро сбивается в режим «ложусь в два ночи, встаю в десять утра». А тут пришлось встать полшестого! Потому что в семь с копейками уходила нужная нам электричка, а до неё ещё добраться надо. Садились мы на «Академической». На перроне толклась кучка знакомых нам ролевиков. Да, в принципе, и незнакомых можно было определить по характерно обмотанным в тряпки мечам и прочим саблям. У Вовки тоже был с собой топорик с ненастоящей головой, резиновой какой-то. |