Онлайн книга «Пожарский 4»
|
— Ты их к себе перевёз, что ли? — Конечно. Усадебку построил, туда-сюда. Но сопроводить девушку могу. — Погодите, — Люда аккуратно, но решительно вклинилась в наш диалог, — господин Кощей говорил, что вы курс реабилитации не закончили, а папа сидит… должен сидеть в подвале. Винном. Кош с Горынычем переглянулись. — А давай-ка я схожу, — предложил Кощей. — Сразу на месте и посмотрю, требуется ли моё вмешательство. — А я тогда со второй, — сразу поднял руку Горыныч, быстро сообразив, что места для подвигов кончаются. — И я, — мяукнул Матвей, начавший подозрительно сливаться с окружающим пространством, — для поддержки. — Тогда и я, — Сергей вопросительно взглянул на Звениславу, — для поддержки? Та кивнула, но лицо её стало озабоченным, бровки нахмурились. Представляет, должно быть, неприятный разговор. Осталось дело за мной и Кузьмой. — Ну, а мы с Кузьмой в Москву тогда. Неспокойно там, всё же. Вдруг бандиты… — Так и я тогда с вами! — Иван полуобернулся к Людмиле. — На случай встречи с бандитами я вам как раз пригожусь! — Тогда не будем тянуть время, — подытожил Кош. — Драгомировы у нас где? — Насколько я поняла, Московский особняк оставлен и, вероятно, разбит. Давайте в Рязань, там у нас большая усадьба. Там, скорее всего, и родственнички. — Горыныч! — М? — Не дурить! Двоих молодых людей тебе доверяем! Сергея и себя для начала невидимостью прикрой-ка. — А Матвея что — не надо? — Матвей сам справится. Если всё тихо-мирно обойдётся, так под тенью и проходите. Всё, пошли! — но, как только за первой группой закрылся портал, Кош обратился к Ивану: — Будь осторожен с даром, Ваня. Некоторым сносит голову напрочь. Человек не может ни о чём думать — только перерождается и перерождается заново. Я таких в Великую Магическую навидался. А ресурс у фениксов тоже конечен. — Насколько? — напряжённо переспросил Иван. — Если говорить о конкретных цифрах… Около двухсот перерождений. Когда чуть больше, когда чуть меньше. На этой суровой ноте мы направились в разбитую Москву. К РОДНЫМ ПЕНАТАМ Москва на всех нас произвела удручающее впечатление. Целые кварталы были разрушены. На развалинах кое-где стояли заграждения и даже охрана, другие потихоньку разбирали подозрительные личности. Редкие устоявшие особняки не могли похвастаться своей полной сохранностью. То пристрой снесён, то часть этажей обрушена, а то и вовсе посреди фасада огромная дыра. Особняк… вернее даже, дворец Шаховских стоял вплотную к Башне Четырёх Стихий. Бывший дворец, потому как, похоже, в Башню целились особо, но её защиту пробить не смогли, зато особняк практически сравняли с землёй, за исключением самого дальнего от башни флигеля. Людмила закусила губу и быстрым шагом направилась туда. Что удивительно, площадь вокруг остатков руин чистенькая была, словно выметенная. — Зря вы туда идёте, господа хорошие, — окликнул нас неряшливого вида мужичок, роющийся в обломках соседней ограды. Люда резко остановилась и требовательно спросила: — Это почему⁈ — Винишком вы там всё одно не разживётесь, а головы сломите. Уж поверьте, сколько раз и Болотниковские приходили, и всякие лихие команды. Без толку! Вроде тихо-тихо, а только сунься! Как шарахнет! — Да что шарахнет, милейший? — нетерпеливо переспросил Кощей. — Да не «что», а «кто»! Князь-от в подвале заперси! Пьёт и воюет с кем ни попадя! |