Книга Пожарский 4, страница 46 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Держи, Вань! — она протянула ветошь, оглядываясь с невольным любопытством. — Кажется, сто лет не была в нормальном доме. Книги… Газеты вон.

Звенислава подошла ближе:

— Смотри, они тут что-то вырезали. Хозяйка, наверное. Вон, ножнички маникюрные и пенсне в женской оправе, — она подняла со стола какой-то альбом, перелистнула пару страниц и тяжело выплюнула: — Вот же дрянь!

— Что там? — Люда взяла из рук подруги альбом, и голос её тоже изменился: — Ва-ань. Поди сюда.

— Сей момент, барышни! — Иван затянул последний узел и подошёл, отряхивая руки. — Что такое?

— Посмотри, — Люда сунула ему альбом. — С начала посмотри. Глядишь, перестанешь страдать ночами.

Альбом был подписан витиеватыми буквами и назывался «Освобождение Московии». Надо понимать, Московией альвы именовали всё Русское Царство. На первых страницах были вклеены вырезки чьих-то выступлений, касающихся мировой несправедливости. Столь высокая раса как альвы имеют так мало земли, и она довольно истощена, тогда как на востоке обширные пространства заняты ордами диких варваров. Эту землю требуется освободить, и альвы должны возглавить и направить этот великий поход!

— Освободить, значит? — Ванька скрипнул зубами. — Освободить от нас, я так понимаю?

— Правильно ты понимаешь, — Сергей тоже пробежал глазами сей манифест. — И дальше что там?

Дальше шли вклеенные из разных газет фотографии со старательно проставленными под ними датами и названиями мест. В глазах у Ивана запестрели имена городов и посёлков. Разрушено. Разбито. Растоптано польскими псами…

— Ты последние посмотри, — зло сказала Звенислава. — Эта сука не все успела приклеить.

— Москва?.. — парни ужаснулись.

Кто-то умный придумал сделать двойные фотографии: как было и как стало.

— Москвы не осталось, — Люда заплакала, уткнувшись подруге в плечо.

— Ну-ка… — Сергей схватил со стола наполовину искромсанную газету, из которой альвийка вырезала фотографии. — С жабля бомбили! Твари! Не военные позиции бомбили, а просто город!

Над остатками статьи красовался жирный заголовок: «СЛОМИТЬ БЕССМЫСЛЕННОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ!» Иван вытянул из рук друга остатки газеты, сложил аккуратно, поместил между листами альбома:

— Это я заберу, — он обвёл глазами остальных: не возражает ли кто?

— Смотреть будешь в минуты сомнения? — поняла Люда.

— Именно. Чтоб не забывать, с кем мы имеем дело.

Они проверили дом и не нашли в нём более ни одной живой души. Зато нашли ванную! Горячая вода добывалась здесь сложным способом, с помощью специальной бочки, которую нужно было кочегарить углём, но Иван сказал, что так мучиться не стоит, и просто каждую новую порцию он согреет как следует. Все по очереди намылись и приоделись, распотрошив хозяйские гардеробы.

В гостиной тем временем завозился и заколотился об пол машинист.

— Итак, господа, — Сергей поправил перед зеркалом галстук, — я думаю, настало время поговорить кое с кем по душам.

РУССКИЕ — ДУШЕВНЫЕ ЛЮДИ

Четверо магов, выряженных в самые парадные хозяйские одежды (тут надо порадоваться, что хозяева не оказались пухлыми коротышами), вошли в гостиную, и машинист, красный от натуги, вытаращился на них во все глаза. Девушки заняли кресла, а парни устроились на диване, рядом со связанным.

Сергей с подчёркнутой брезгливостью выдернул изо рта альва обслюнявленный кляп.