Онлайн книга «Пожарский 3»
|
— Или то и другое вместе, — почти единодушно согласились мы. — И, тем не менее, — продолжил Фёдор, уже под Минском пшеков встретили первые неприятности. Неизвестно откуда взявшиеся партизанские отряды атаковали растянутые на походе колонны в сумерках, а ночами и вовсе устраивали нахальные вылазки в спящие лагеря. Деревни, в которых поляки рассчитывали запастись продовольствием и отдохнуть, стояли пустые в полном смысле слова — никакой живности, ни старой хлебной корки, всё выметено подчистую, а дома выстужены, со снятыми дверьми и вынутыми окнами, даже и печь растопишь — не согреешься. — Однако! — высказал общее мнение Горыныч. — Литовские князьки, сидящие в редких городках, встретили польскую шляхту с поклонами и даже с ключами от городов, — Матвей на это выразительно фыркнул, — но сетовали, что им тоже носа из своих стен не высунуть. Заготовительные отряды попадают в засады, никакой жизни нет… Всё это замедляло продвижение войска польского, а у Смоленска они завязли окончательно. Непонятно, на чьей стороне оказался Смоленск, но местное ополчение однозначно выступило против поляков. Отрядов там множество, все разношёрстные. Кто, говорят, за Василия Скопин-Шуйского, кто за избрание нового царя, а кто вовсе за отделения Смоленского княжества в независимую землю, да и среди этих ладу нет, ещё не отделились, а уже власть делят. Какие-то вовсе казачьего атамана выкрикивают и вольность крестьянскую. Но все воюют против поляков кто во что горазд, да и город пока держится. — А что же новое супер-оружие? — с профессиональным любопытством спросил Болеслав. Ожидаемым невиданным боевым устройством были так называемые «польские железные псы», которых ехидная молва тут же переименовала в «пся крев». — Да непонятно, — поморщился Фёдор, — насколько оно супер. Вроде бы, страшное. А с другой стороны — есть информация, что завалы и рвы их задерживают не хуже, чем обычную колёсную технику. — Я по своим каналам тоже интересовался, — подал голос Талаев. — Вот, извольте видеть, лучшие из тех фото, которые удалось достать. Вдоль стола, из рук в руки, начали передавать магофон, на экране которого светилось два несколько смазанных изображения. Всё, что можно было понять из этих фото о железных собаках — то, что они действительно железные (во всяком случае, серо-металлические). Ни человеческих фигур рядом, ни строений, чтобы хоть примерно оценить соотношение размеров, не было видно. К тому же, похоже, снимали сквозь довольно густую траву (скорее всего, в засаде же лежали). — Похожи на големов, — с сомнение сказала Аристина. — Только не архаичных, знаете, цельнолитых, которым магически придаётся пластичность, а шарнирных. — Логично было бы, — пробормотал Болеслав, как раз завладевший магофоном, — манозатраты резко сокращаются, поскольку конечности естественным образом имеют подвижность, не нужно обходить структурное сопротивление металла… Однако, мне кажется, эти конструкты всё же смешанные. Магия и механика, как в лучших образцах автомобилей. — У меня сложилось впечатление чистой механики, — не согласился Талаев. — Для полноты картины понаблюдать бы за ними, — тут же вступил Горыныч, мастер по магическим конструктам. — Трофейную собачку бы нам, да разобрать её на запчасти — другое дело. И всё-таки мне кажется, что… |