Книга Пожарский 1, страница 61 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Я усмехнулся, чувствуя, как по телу разливается целительная бодрость:

— Пошли, юморист, проверим, каков толк от наших сегодняшних занятий, да домой. Жрать хочу, ужас.

Измерительная плитка обрадовала меня увеличение проходимости каналов на единичку! То ли из-за смены вида деятельности с шоково-ударного на кропотливый, то ли из-за Кузиных метаний, благодаря которым я мог упражняться практически беспрерывно, но дело пошло веселее.

— Ну, последний заход к Святогору, чтоб пустыми не шариться – и в родовое гнёздышко.

— Гениальный план! – согласился Кузя. – Великолепный в своей новизне!

— Сдаётся мне, кто-то хочет отца родного подкусить...

— Что – я?! – картинно возмутился Кузьма. – Да я никогда!.. Как ты мог подумать – на родного сына?!

— Сдам в театральный кружок, будешь знать, – беззлобно пригрозил я. – Шагай давай.

ЗАЧЕМ?

Сёстры Дайго

Телохранители очень вовремя сообщили о прибывшем экипаже, что избавило сестёр от необходимости извиняться перед странным высоким европейцем и придумывать мотивы для объяснения своего подглядывания.

— Одного я не пойму, – Момоко капризно поджала губки, откидываясь на сиденье и стреляя глазами в окно на почти опустевший академический двор, – почему мы так долго таращились на этого парня?

Сатоми хмуро на неё посмотрела.

— Что? – рассердилась Момоко. – Ты можешь завидовать мне. Можешь попрекать распущенностью. Но это не отменяет того, что я отлично вижу характеристики каждого мага! Да наши охранники сильнее, чем он! Он даже до подмастерья не добрался! Как его на боевой взяли, я не понимаю.

— Он сам настоял на переводе, – Сатоми смотрела на свои руки, неподвижно замершие на коленях. – Ему не хватало баллов, и он вызвал преподавателя.

— И победил? – неуверенно хмыкнула Момоко.

— Мы не знаем. Но точно не проиграл. Болеслав согласился взять его под своё поручительство.

— С неполной тридцаткой?

— Двадцать, – скупо уронила Сатоми. – Для поступления на боевой сейчас требуют двадцатку. Ты бы знала это, если бы удосужилась открыть ту папку.

— Прошу тебя, перестань! – Момоко раздражённо передёрнула плечами, но Сатоми словно совсем её не слышала:

— Но к моменту испытаний у него не было даже двадцатки, поэтому князь Пожарский настоял на поединке.

Момоко повозилась:

— Ты хочешь сказать, он набрал десятку за лето? Так быстро? Ёмкость у него почти двадцать девять.

— Он набрал десятку за неделю, Момоко. И за предыдущую неделю ещё столько же. Если бы ты читала материалы, собранные о наших одногруппниках, а не просто вертела юбкой, ты бы увидела, что князь Пожарский – очень особенный персонаж. Ещё три месяца назад его характеристики показывали не ноль даже, а минус.

— Минус? – с ужасом переспросила Момоко. – Как это?

— Я сама не понимаю. Огромный минус. Любая мана уходила в него, как вода сквозь дырявый мешок. Его не могли даже лечить целители, всё оканчивалось истощением мага. Князя – ты только подумай, князя! – пришлось поместить в больницу для простолюдинов.

— Фу-у, – брезгливо скривилась Момоко.

Сатоми многозначительно на неё воззрилась:

— Два месяца он пролежал в коме. И пришёл в себя с небольшими, но положительными характеристиками. Это было чуть больше двух недель назад.

— Не может быть!

— Ты смотришь на него, как на мальчика с улицы. Да, он пока слаб. В поединке один на один его сможет сломать почти любой из нашей группы. Но я, – Сатоми чуть сузила глаза, – я вижу потенциал. И я могу тебе поклясться, что мало найдётся на земле магов, способных сравниться с этим, – Сатоми протянула руку и коснулась пальцами лба сестры.