Онлайн книга «Пожарский 1»
|
АКАДЕМИЯ Из ворот мы вышли в разные стороны. Стешка с дедом – налево, я с мечом – направо. Стоило нам завернуть за угол, Кузьма принял человеческий вид. — Кузька, ты знаешь, я не люблю, когда ты таким белобрысым проявляешься. — Извини, пап, – Кузя тряхнул головой, становясь умеренно-русым. – К остальному претензий нет? Я придирчиво окинул его взглядом. Выряжен почти как я, только костюм не в тонкую серую клетку, а серо-стальной. Голубая рубашка, тёмный галстук, туфли лаком блестят. Выпендрёжник! — Нормально, – оценил я. — А когда ты меня своим домашним представишь? — Когда ты отвыкнешь меня прилюдно папой называть. Вопросы ведь у них возникнут. Кузя аж остановился: — Верно! А как быть?! — Как-как... каком кверху... Не придумал я. Дмитрий Михалычем хоть зови. А если папой – то не вслух. — Понял! Ух ты, глянь, какие девочки! «Ух ты» попались ещё множество раз. Вузов в столице несколько, девицы по нынешней моде все учёными хотят быть, так что к положенному времени город наводнился прихорошившимися барышнями. Как же, каникулы прошли, надо всех поразить неземной красотой, особенно подружек, и девчонки старались как могли. Кузя без зазрения совести крутил головой и комментировал глазки, ножки, декольте – а чего, дескать, не комментировать, раз на показ выставлено? Спасибо, хоть делал это негромко. А во дворе Академии раскинулся целый цветник. Девчонки кучковались по клумбам – тьфу, по группам! – должно быть, разобравшись по факультетам или ещё как. — Зацени! – восторженно пробормотал Кузя. – Вот это я понимаю: девицы – высший класс! И тут нам в спину заорали: — А ну-ка стой! Если совсем честно, я не сразу сообразил, что обращаются к нам. От стайки первокурсниц, которую мы с Кузьмой обошли, к нам бросилась яркая, смутно знакомая, девица. — Стоять, кому говорю! Я коротко склонил голову. — Это ты мне? — Да кому ты нужен вообще! – вот это поворот... — Кузьма, это так понимаю к тебе? Кузя явно мялся. Чего это он? — Папаня, тут такое дело... Но девица не дала ему и слова сказать. — Ты! Мерзавец! Как ты, мразь, пролез в наш родовой арсенал? Ты?! – она ткнула в Кузю. — Дмитрий, я ... это... — Разбирайся. Позже расскажешь... И пошёл к парадному входу в Академию. А позади разгорался скандал. Чувствую, первый учебный день удался, ещё не начавшись. САЛТЫКОВА. НАКОНЕЦ-ТО ЛЮДИ! Из боярского лимузина Настя вылезала, задрав нос. Положение обязывает. Только на душе скребли не кошки даже, а рыси. Папенькина ярость так её напугала, что в момент экзекуции Настя позорно описалась. И это ещё хорошо. Папенька, увидев это, слегка остыл. Но наказание всё равно не урезал. Сидеть ей на домашнем аресте как бы не полгода, до зимних праздников. И лишили всего. Единственная возможность людей увидеть – выезд в академию, тут уж с прежним пафосом, в лимузине и с охраной. Подружки, конечно, заметили её отсутствие на тусовках. Хуже того – её отсутствие на связи. Полное отсутствие, потому что после звонка в «Последний шанс» папенька велел и простой телефон в её комнатах отключить, не только магофон отобрать. Настя заготовила легенду о деловой поездке в родовые имения, в Сибирь, и даже вообще в Тикси. Дескать, папа оценил её хватку и экономические способности, планирует дать в семейном деле самостоятельное задание. Поэтому, мол, и связи не было – из такой-то дали. Да и некогда было звонить, попусту трепаться. Столько дел, столько дел! Планы, совещания... А теперь вот – вернулась, и сразу на учёбу. |