Книга Не все НПС попадают 2, страница 10 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Не зная, как сложатся выходные, Петька решил проведать родителей, и от Яги направился прямо в переходную кабинку здания управы детского сектора. Остальные зоны этой локации, как и предупреждала Евгения Васильевна, для выхода были закрыты.

А ещё он осознал, почему вчерашние игроки называли его «мужик». Он обнял отца и с удивлением понял, что реально поширел в плечах и даже, как будто, прибавил в росте. Мама так вообще показалась ему дюймовочкой. Зато она, кажется, наконец-то поверила, что в своём учебном центре он не голодает.

В этот приезд он поговорил с отцом и выяснил, что все опасения оказались правдой. Через десять недель (когда ему, наконец, исполнится восемнадцать и дотации перестанут действовать) дорогая жизнь в детском секторе станет родителям не по карману. К тому же, мать перестанет получать пособие и оплачивать страховки станет сложнее.

— А как же мамин сад? — Петька спросил это с такой тревогой, что отец догадался об истинных причинах его беспокойства.

— Пожалуйста, не накручивай себя, Петя. Мы вовсе не будем страдать и заламывать руки, если уедем отсюда. Наоборот, мы подумываем немного попутешествовать и посмотреть разные места, прежде чем осесть где-то окончательно. Ты же видишь, что общаться и встречаться для нас с тобой не составит проблем и будет даже проще — в других локациях нет таких жёстких ограничений. А лекции я могу читать из любой точки вирта.

Эти слова сняли камень с Петькиной души, но он всё равно подумал, что найдёт, как предложить родителям лучшие чем сейчас условия на расширенное медицинское обслуживание. Как только придумает повернуть дело таким образом, чтоб ни отцу, ни маме это не было обидным.

ВЕЧЕР ПЕРЕСТАЁТ БЫТЬ ТОМНЫМ

Петька пообедал у родителей и отправился в учебку, мало обращая внимания на обязательный, автоматом включившийся приват. Дорога была совершенно безлюдна, и он на ходу просматривал письма, которых снова накопилось с десяток. Бо́льшую часть убрал в «рекламу», одно, со свежим выпуском «Новостей вирта», оставил — посмотреть вечерком. Заглянул в раздел с фотофиксацией и тут увидел нечто, заставившее его колом встать посреди дороги. Последняя папка в списке была подписана гномьими рунами, которые, впрочем, он прочёл совершенно на автомате: «Скажи пароль, друг, и заходи». Он попытался её открыть, и папка на полном серьёзе затребовала пароль.

Ситуация.

К тому же он чувствовал себя несколько обескураженным, ведь никакие гномьи руны, а тем более язык, он никогда не учил. Понятное дело, был сон про того гнома, но это — всего лишь сон? Или нет?

С другой стороны, он ведь знал ответ на этот вопрос, так чего тушеваться? Петька переключил раскладку, и ввёл эльфийскими рунами: «mellon»*.

*«Друг» (на синдарине)

Что поделаешь, лучший маг, которого они смогли найти в Городе-под-горой, был эльфом — в этот момент он удивился собственной мысли, но папка как раз открылась. Внутри, вопреки опасениям, не содержалось безразмерного архива с поминутной фиксацией жизни гнома по имени Тури. Но с десяток памятных фотографий имелось — должно быть, для того, чтобы Петька не сомневался в реальности сна. Он внимательно просмотрел их все, потом подумал, что от стояния посреди дороги толку всё равно нет, и решительно двинулся дальше, поставив себе зарубку разобраться со всем этим позже.