Книга КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11), страница 93 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Да его бы сразу охрана положила! — воскликнул Серго.

— Именно! — прошептал Петя. — Именно! В таком случае Фридрих…

— Фридрих в один момент сделался бы свободен! — закончил за него Иван. — Вот такая весёлая картинка.

— Господа! — Витгенштейн смотрел в стену вытаращенными глазами, в которых мелькали стремительные мысли. — Простите, мне срочно нужно отправить радиограмму!

Он вылетел в коридор пулей, а мы остались обдумывать неприятный факт.

— Сокол, — начал я, — ну будь другом, придумай что-нибудь, а? Зателепался я уже с этим сюзеренством. Может, какой-нибудь русский закон принять, позволяющий всё это взад разворачивать? Мож, в Императорскую канцелярию прошение написать, а?

— Прошение… — хмыкнул Иван. — Эти канцелярские тебе так взад развернут! Вернёмся, я с отцом переговорю. Всё-таки, одна голова — хорошо…

— А две — патология! — брякнул Дашков. — Ну что вы на меня опять так смотрите? Есечка так шутит. По-медицински.

В дверь стукнули. Стюард безрезультатно стукнувшись в прочие каюты, обрадовался, что мы у Ивана с Петром сидим, лясы точим:

— Господа, не желаете чаю свежего?

— Валяй! — махнул Иван, сгребая бумаги с маленького столика.

— Выпечка есть ещё горячая. Пироги-с — мясные, картофельные, капустные.

— Покуда нет. К вечеру возьмём.

Пока что мы ещё расправлялись с домашними припасами.

Только стюард отъехал — Петя примчался. Сел, на автомате свою кружку схватил.

— Отправил? — скупо спросил Иван.

— Ага.

— Ну, теперь если нас всех убьют, в Третьем отделении хотя бы будут знать, за что нас хотели убить в прошлый раз, — усмехнулся я.

— Сплюнь! — возвысили голоса Иван с Петей разом. Нахватались у бати!

— А ты ещё женщин хотэл с собой взять, — задумчиво сказал Серго.

— Да говорил же уже — сглупил, — поморщился Иван. — Ладно, хотя бы с голоду не помрём, на пирога́х до Гаваев протянем. Но позвонить всё равно надо будет — девочкам как раз. А то ведь с них станется, купят билеты да прилетят вслед за нами на острова.

И все согласились, что наши девочки — могут!

«ИМПЕРАТОР КОНСТАНТИН»

Почаёвничали — разошлись по каютам покемарить. Полчаса не проходит — в каюту к нам стучат!

— Кого несёт? — пробурчал я, приоткрывая один глаз.

— Коршун, спишь? — глуховато спросил из-за двери Серго.

— Да заходи уж, — я сел и подвинулся в угол койки, чтоб Серго мог расположиться.

— Я ненадолго, — он как-то странно оглядывался.

— Ты чё такой загадочный.

Серго пару секунд смотрел на меня со значением.

— Ну⁈

— На камбузэ спёрли ящик сгущёнки. Я случайно узнал — тупо звэриным ухом услышал. Двэрь осталась нэплотно прикрыта, а в коридоре матросы разговаривали.

Я некоторое время осознавал этот факт, а потом рявкнул:

— Айко!!!

— Да, господин? — немедленно раздалось с верхней вещевой полки.

Вот я почему их не замечал, даже краем глаза, как мутное невнятное пятнышко! Затаились, хитрюги!

— Вы почему здесь, япону мать вашу⁈ А Серафима⁈ А дети⁈

— С ними остались Хотару и Сэнго, — невозмутимо, но всё же не проявляясь, ответила Айко. — Вы, верно, забыли, что отец взял с меня личную клятву о том, что я буду защищать вас в бою?.. А мне вот вчера напомнили. Поэтому я с вами. И Мидзуки.

Мидзуки — чтобы держать её под материным присмотром, понятное дело. Иначе она в моё отсутствие накуролесит!