Книга КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11), страница 31 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— А ещё я подарочек вам принёс! — Витгенштейн залез в свой казавшийся бездонным рюкзак и достал здоровенную, оплетённую лозой стеклянную бутыль. — Бери. С Байкала водичка.

Старик благоговейно принял бутыль.

— От угодили-то! С самого Байкала! Да так много!

— Ты же сам говорил, что силы теряешь, когда порог перешагиваешь, так? — спросил Витгенштейн.

Прохоров кивнул. А пальцы самого нежно гладили бутыль. У нас с такой любовью не кажный запойный бы бутылку беленькой гладил. Поди ж ты!

— Вот попьёте все дружно, да пойдём во двор, волка детям показывать. И не только.

— От спасибо, ваше сиятельство, вот спасибо! Всем спасибам спасибо! — Старик заторопился. — Мы это сейчас, быстренько. Мать! Ставь мерные стаканчики на стол. Живо, господа задерживаться не будут!

Пётр сказал ему в спину:

— Не волнуйтесь, мы вас во дворе подождём, — потом повернулся к нам: — Вот, в общем-то, и вся экскурсия. Пойдёмте, — а сам подмигнул мне исподтишка: — Развлечём детей?

Я кивнул:

— Почему бы нет?

Мы пошли к выходу.

— Понимаешь, с того пленного поляка столько сведений удалось вытащить…

— Петя, чего ты оправдываешься? Обещались же! Покажем нежити Зверей. Тут, почитай, волк есть, медведь, лисы опять же. Цельный зоопарк.

— Может, и эту баронессу жутенькую на просмотр потащите? — с некоторым раздражением спросил Сокол. Он вообще чего-то молчаливый сегодня, на удивление.

— А почему нет? Тож пусть развлечется, — миролюбиво ответил Петя. — Она, Ваня, если ты не догадался, сидит тут только по своей воле. Захоти она уйти…

— Да понял я уже! Не тупее некоторых.

У входа Витгенштейн сунул пачку бумаг дежурному казачку, затем повернулся и негромко, но довольно церемонно произнёс:

— Баронесса, мы приглашаем вас.

— Э-э, а она услышит? — спросила Соня.

— Поверь, она — услышит.

Мы вышли во двор. Поняв, кто сюда сейчас выйдет, наши дамы окутались ещё большим количеством щитов.

А нам надо?

А давай!

Даю!

Я набросил на себя ледяной щит.

Первой из двери на свет вышла Енрикета Марти. Девочка стояла, смотрела на небо и мечтательно улыбалась.

— Как давно я не видела небо… — она шагнула вперёд и легонько крутанулась на одной ножке. — Спасибо уже за это, ваше сиятельство!

Следом вышли Прохоровы.

А неслабая их толпа тут. Человек двадцать. «Утопцев» — мысленно поправился я. Видать, оченно любил свою жену при жизни глава семьи.

— Ну что, Серго. Твой выход. — Скомандовал Витгенштейн.

Багратион сделал пару шагов и подпрыгнул. А упал уже на четыре лапы. От он здоровенный, всё-таки!

Мы — больше!

Так медведи и в лесу поболее волков.

Всё-равно, мы…

Да я знаю, самые-самые!

Зверь удовлетворённо рыкнул и затих.

А Серго прошёлся по кругу и внезапно прыгнул к Прохоровым.

— Ам! Съем!

— Ой мамочки! — взвизгнула какая-то девочка, и половина детишек попрятались за отца.

— Не бойтесь! Это я так, показать. — Серго сел на задницу и словно собака обернул хвост вокруг ног.

— Здорово! Спасибо вам, ваше сиятельство! — поклонился Прохоров. — Им теперь на год впечатлений… Ну что, Лизка, повидала настоящего волка?

— Ага. Какой красивый! — Вперёд вытолкалась та малявка, что нам пленного поляка вытащила.

— А у меня для тебя кроха ещё подарочек найдётся, — улыбнулся Серго. Выглядело это, правда, жутковато, но девчонке, похоже, сегодня было море по колено.