Книга КОМ-9 (Казачий Особый Механизированный, часть 9), страница 73 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

* * *

Мы уж думали, что Мария с сыном взаправду застряли в лапах Бидарских исследователей надолго. Однако к Пасхе их всё же отпустили домой. Ощущение защищённых слоёв, окутывающих наши усадьбы, усилилось и словно сгустилось. Вместе с тем, высочайшим повелением в строящиеся наши городские особняки прибыло несколько строительных бригад, которые не просто принялись ускорять процессы возведения зданий, а напичкивали их какими-то магическими спец-средствами — и следящими, и контролирующими, и особенными охранными. Нет, понятно, что великий маг рос только в семье Ивана, но… Я так понял, что квадрат наших усадеб должен был стать местом, где Кирюшка и его родители могли бы чувствовать себя относительно свободно — этакая уютная повседневность. И чтобы маленький великий князь и будущий великий маг мог расти в детском обществе. А то, как сказала императрица, «неудовлетворительный результат обособленного воспитания нашей двоюродной сестрицы мы уже имели неудовольствие наблюдать». Имелась в виду княжна Смолянинова (сиречь Белая Вьюга), конечно же.

А у нас как раз и компания «подходящих» детей образовывалась — для начала Аркашка, который Кирюшки постарше был чутка, но не настолько, чтоб вместе им было скучно, а там и младшие наши не заметишь, как побегут — а их целая команда, пятеро карапузов, если Хагенову Вильгельмину считать! Кроме того, не забываем про журналы мод для беременных, которые Серафима приметила — значит, ожидается ещё пополнение. Дашковы, опять же, рядом.

А пока мы радостно встретили Пасху — с ночным богослужением, пышным застольем, колокольным звоном до одурения и с ежечасными набегами новых отрядов маленьких волочебников, свистящих в свистульки и гремящих в бубенцы у ворот. Эти развесёлые орды путешествовали от двора ко двору с песнями в честь Христова Воскресенья и получали за свои старания разные вкусные гостинцы.

Три дня мы гуляли с роднёй и друзьями, а на четвёртый погрузились нашим боевым мужским составом на борт «Пули» и помчали в страну, без малейшего сомнения именующую себя не просто империей, как многие другие, а непременно Великой.

НЕМЕЦКИЕ ПЕСНИ И БИДАРСКИЕ НОВОСТИ

На борту Фридрих сделался особенно нетерпелив и порывист, то начинал что-то рассказывать, ударяясь в воспоминания, то вдруг принимался распевать лирические немецкие песни (это по мотиву я догадывался, что они всё же лирические, а так — чисто упражнение по сборке-разборке пулемёта, сплошной железный лязг). Откровенно говоря, Фридриха становилось всё больше и больше.

Петя утянул за рукав невозмутимого Хагена, вручил ему бутыль шнапса и две крошечные рюмочки и попросил взять принца на себя. Хаген увидел в моих глазах одобрение, кивнул:

— Яволь! — и как-то ловко увёл германского принца в дальнюю часть салона, где Фридрих продолжил упоительно ностальгировать, а фон Ярроу — понимающе кивать и потихонечку подливать в рюмочки.

А знали ли вы, что от малых, но частых доз, да при скромной закуске, люди пьянеют значительно быстрее, чем от больших? Преимущество этого метода в том, что проснувшись после возлияний, человек и не болеет особо.

В общем, Хаген успешно накачал принца шнапсом, тот спел ещё пару песен и умиротворённо затих.

— Если я сделаюсь столь же велеречивым, просто пристрелите меня! — осуждающе попросил Серго.