Книга КОМ-7 (Казачий Особый Механизированный, часть 7), страница 116 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— О! Уже пятерых! Так что, поверь, тебе никакие шуточки не грозят. Правильно? — Спросил я пустоту.

Блин горелый, я себе государя императора начинаю напоминать! И судя по изумлённому взгляду Витгенштейна, ему тоже.

— Ну, извини! — развёл я руками в ответ на его взгляд. — Не мы такие, жизнь такая!

На этой «положительной ноте» совещание закончилось. И мы пошли каждый по своим делам.

Мы вот с Петром — вглубь укреплений.

ЗАГАДКИ ДРЕВНЕЙ КРЕПОСТИ

Если Петя рассчитывал, что я ему сейчас экскурсию произведу, то тут он в лужу сел. Я едва с частью внешнего защитного кольца познакомиться успел. А Витгенштейна больше интересовали внутренние области, примыкающие непосредственно к шахтам.

— Вот и пошли вместе знакомиться! — деловито потащил он меня за собой.

— Может, провожатого возьмём? Не заплутаем тут в переходах, как два дурня?

— Не заплутаем! Я за два дня план крепости наизусть выучил! И вообще, если что, у меня есть с собой бумажная карта.

— И фонарик? — усмехнулся я.

— Не понял? — Пётр недоумённо уставился на меня своим моноклем. — Зачем фонарик?

— Шуточка у нас такая была в казарме в Трансваале насчёт одного особо талантливого генеральского сынка, умудрившегося три раза за первый же месяц потеряться в километре от базы. Что, мол, зато он способный. Если ему выдать карту и фонарик, он сможет даже найти свой член.

Петя среагировал странно, я аж сперва испугался за его здоровье. Сперва он страшно покраснел, потом вдруг надулся… прыснул и заржал натурально аки конь. Хорошо, мы в пустом коридоре притормозили.

— А монокль тебе зачем? — спросил я, скромно дождавшись, пока он проржётся.

— Так это из артефактного спецхрана. На предмет обнаружения… всякого. Уж больно подозрительные докладные записки в канцелярию горнорудных дел поступают.

Мы шли по крепости, а она словно наливалась силой и мощью вокруг нас. Огромной толщины стены, громадные проёмы ворот, безмерное количество бойниц. Витгенштейн цепко глазел по сторонам.

— Илья, ты обратил внимание, что это странная крепость?

— Чего ж странного? Ты, Петя, говори толком. Я ж в таких фортификациях не шибко силён. Это ж когда её строили? Поди, тыщу лет назад! Чего ты странного углядел?

Он остановился около очередного проёма и ткнул пальцем вверх.

— Смотри. Видишь бойницы?

— Вижу. И чего?

— Они направлены наружу. Это понятно, оборонять от ворога рудник. Ага?

— Ага, — согласился я.

— А теперь смотри… — Он прошёл в проём ворот. — А эти бойницы смотрят куда?

— Э-э-э, внутрь?

— А от кого обороняться изнутри?

— Может, от бунта горняков?

— Такими стенами? Не смеши. Смотри, ещё что заметил — видишь вон то, словно гнездо на стене?

— Вижу, и что это? — в указанном Витгенштейном месте из стены действительно выступало нечто вроде прямоугольного выроста с умеренного размера верхней площадкой и… — Там тоже бойницы, что ли? А пол прохудился.

— Не, не прохудился. Это специальная дыра, какой-нибудь гадостью в атакующих из укрытия швыряться.

— Типа, огненными шарами?

— Если ты маг. А если не маг — просто какой-нибудь смолой кипящей. А во-о-он та площадка такая здоровая, что на неё можно и что-то типа баллисты взгромоздить.

— Звучит неприятно.

— М-гм… И ещё более неприятно, что она тоже смотрит внутрь. Прямо на выход из шахт, — Пётр посмотрел на меня с видом строгого школьного учителя, — понятно?