Онлайн книга «КОМ-6 (Казачий Особый Механизированный, часть 6)»
|
А фильм был хорош. Точнее, запись спектакля «Мнимый больной» по пьесе господина Мольера. Нахохотались от души! ДО ЗВОНА В УШАХ Прошла неделя, в течение которой я гонял лисичек как сидоровых коз, через день выходя на боевое дежурство. В дни, когда я был занят, их гоняла Айко. Иначе атаман пригрозил нам выставить весь наш балаган в чисто поле, пока мы лагерь не разнесли. А через неделю он встретил меня с суток, сияя, как медный таз. Едва дослушал мой доклад, что никаких особых происшествий… — Всё, твоя светлость! Кончились мои мученья! Собирай всю свою шайку-лейку и вали в Иркутск! Всем табором! Во! — Он взмахнул какой-то бумагой. — Предписание! В голове у меня пронеслось сразу множество мыслей. Про возможные неизвестные мне лисьи шкоды. Про похищение Хагена — могло статься, кому-то из начальства наше самоуправлство с бандой не понравилось? Или прознали про англа и сделали какие-то свои далекоидущие выводы, вплоть до неблагонадёжности? Или — совсем уж дикое — что кого-то в службе обеспечения заусило, что я настоял на восстановлении «Пантеры», не согласившись списать её в утиль? И ещё целый рой предположений вовсе глупых, но возможных и от того не менее досадных. — И за какие такие заслуги мне столь особое внимание, позвольте поинтересоваться? Атаман полюбовался на моё вытянувшееся лицо и довольно захохотал: — Да не одному тебе! Всем! Ротация, понимаешь. Взамен усталых частей — новые силы. Первая партия сегодня прибывает, так что, — он подошёл и от души хлопнул меня по плечам, — завтра ж утром — домой! Распоряжение насчёт тебя, прям с са-а-амого верха, отправить с первой партией. Дело срочное. — Это с землёй, что ли? — удивился я. Вроде не такое оно срочное, чтоб прям горящее. Да и лично я чем мог способствовать продвижению железоплавильных заводов? Приглядом разве что. Так в этом случае проще толкового управляющего нанять. Из прочих имелась разве что ещё одна причина, также составляющая предмет моей перманентной досады: — Или кто-то решил, что немецкий прынц без моего отеческого пригляда в сибирской глубинке чахнет и хиреет? — Не-ет, твоя светлость. Тут всё позаковыристее. — Никита Тимофеевич обошёл стол, угнездился в своём походном кресле и раскрыл ещё одну папочку. — Вот. Приказ о переводе… — он хитро посмотрел на меня: — казачьего старшины Коршунова Ильи Алексеевича, герцога Топплерского, в город Иркутск с назначением на должность инструктора по рукопашному бою и техническому пению во вновь открываемом Специальном военном училище. В голове у меня всё смешалось и натурально даже зазвенело и забренчало, как в жестянке со столовыми приборами, когда Айко их трясёт. Казачий войсковой старшина — это ж в обычной армии подполковник! Да не может такого быть! — Это ошибка какая-то… — Если ты про звание, так никакая не ошибка! Когда принца с «Кайзером» взяли, тебе ещё тогда специальным приказом государевым есаула присвоили. — Так это через звание? — Ну! А я что говорю! Цельный принц! Бумага вот только где-то бродила так долго, что ты новых подвигов успел насовершать. — Так есаула… — Ну! А за японский ходячий линкор ещё одно дали. Секрет, вообще-то, так что на торжественном построении чтоб заново обрадовался! Однако меня, если честно, взамест радости распирало тревогой: |