Книга КОМ-3 (Казачий Особый Механизированный, часть 3), страница 96 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Петя, чего там у вас? — прохрипел князь. Бат-тюшки, никак, голос сорвал?

— Нормально всё уже! Просто Серго, волколак наш пилотажный, хотел прям в универ лететь.

— Гениально! — нервно засмеялся я. — Там бы нас точно поджарили.

— Не говори… — просипел Великий князь. — Там такая защита… Это тебе не дамочек в домике охранять!

— Скажите спасибо, что у вас есть умный я, — не преминул похвалить себя Витгенштейн. — Братцы, а это, вообще, что было?

Иван сел прямее, с удивлением посмотрел на мято-жёваный букет в своей руке и бережно отложил его в сторону:

— Я так подозреваю, что охрана наш парашютный сюрприз восприняла предельно серьёзно. Как угрозу. Ну и… невесты наши и гости к стрельбе подключились.

— Кстати, господа, — Витгенштейн хохотнул, — такой пикантный момент! Вы оценили купальные костюмы?

— Петя, тьфу на тебя! — отмахнулся Иван. — Чуть жопы не поджарили, а ты про купальники… Реально, не до этого было! Знаешь, когда ты болтаешься на верёвке, как эта мексиканская пиньята, а по тебе лупят все кому не лень… Кстати, — он приосанился и протянул мне руку, которую я автоматически пожал, — спасибо, Коршун, опять ты мне жизнь спас. Если б не щит, та сосулина меня бы проткнула. Чёт затупил я.

Я свой поступок с этой точки зрения не рассматривал, поэтому не нашёлся, что ответить, кроме как:

— Да не за что. Будь здоров, не кашляй.

И тут Петро вдруг разразился залпом романтического настроения:

— Знаете, братцы! Я когда на вас сверху смотрел, когда сквозь сполохи и дым этот…

— Пар, Петя, пар это был, — просипел Иван. — Там кто-то… и я, кажись, знаю, кто!.. в нас гигантским снежком запулил, а его огнём сбили.

— Не перебивай! — строго поднял палец Витгенштейн. — Так вот, пар этот как два крыла за вами струился! — лицо у Петра сделалось максимально одухотворённое. — Я ещё подумал: летит амур наш, на крыльях любви! — тут он не выдержал и захихикал.

— Э! Купидон горэлый! — внёс свою лепту Серго.

Я смотрел в вытянувшееся лицо Великого князя и давил в себе гогот. Не додавил.

— Амур, ядрёна колупайка!

Как мы ржали, четыре дурня! Я себе руку отбил, стуча по дну гондолы.

Протерев слёзы хохота Сокол поинтересовался-таки:

— А мы куда, собственно, направляемся?

ОТЕЧЕСКИЙ РАЗНОС

— Петро говорит, в гараж надо лететь, — немного обиженно пояснил Серго. — Сдавать дирижабль, и уже потом в универ.

— Я так думаю, приключений нам на сегодня хватило, — выдал первую разумную фразу за эту ночь Петя.

— По-за глаза! — сразу согласился Иван.

Я хлопнул Серго по плечу:

— Давай! Веселей, залётные! Гони, братишка!

— Так гоню!

— Вот, берите пример с Багратиона, — похвалил я его. — Он сегодня самый молодец!

— Это почему это? — ревниво спросил Витгенштейн. — Я значит им…

— Именно! — не дал я Петру договорить, бодро скидывая десантные ремни. — Вы вона что! А Серго, кроме как стриптизёршу зарезал, вообще ничего не сотворил и не придумал! Молодец!

Дирижабль качнуло. Я обернулся — и уткнулся в бешеные глаза Серго:

— Нэ было стриптизёрши! Нэ было!

— Если не было, то ты вдвойне молодец! Вообще никаких стриптизёрш не зарезал, тем более, их и не было!

— Шуточки у тебя Илья! — Иван наконец распутал сбрую и снял с себя систему спуска.

— С кем поведешься, Ваня!

— Э-э, Петро, командуй давай, куда рулить?