Книга КОМ-3 (Казачий Особый Механизированный, часть 3), страница 59 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— ЗИП?

— Ага. И полный набор ключей. Но всё равно устраивать бешеные гонки не будем. Просто спокойно добежим.

— Что ж, вы меня немного успокоили, фрайгерр Коршунов. Будем надеяться на лучший исход. Главное, в распутице не завязнуть.

— Да не-е, там нормальные дороги. По нашим сибирским меркам нормальные, — поправился я. — Грунтовка, но везде с магическим сцеплением и усилением покрытия, для всякого тяжёлого транспорта пригодна, даже «Святогорам» по ним можно двигаться, не то что уж нам.

Он тонко улыбнулся:

— Как у вас говорят? «Гладко было на бумаге…»

— Хаген, не нуди. Слава Богу, это не боевой выход. К тому ж, второе кресло нам привинтят — оба сядем в кабину. Захочется на свежем воздухе проветриться — пожалте, есть карман. Спасть по очереди сможем. Мы — два пилота, если вести «Саранчу» круглые сутки, да хотя бы со скоростью под восемьдесят, в самую Пасху уже будем дома. А подходящий дирижабль, чтоб ты знал, будет только в пасхальную среду. Да и то придётся с рейса часть груза снимать. Ждать сидеть прикажешь, как кочка на болоте? А мне-то неделя всего каникул дана!

— Об этом я не подумал, — несколько стушевавшись, пробормотал дойч.

Дни до пятницы пролетели пулей. Из ободряющих новостей: у Ивана с Машей всё окончательно сладилось на уровне договорённости родителей, и во второй день Пасхи во всех газетах должны были объявить о состоявшейся помолвке и о предстоявшей свадьбе, назначенной на середину июня.

Кирилл Фёдорович (как говорят, изрядно просовещавшись со своим доверенным кругом лиц) пришёл-таки к мысли, что отдать концессию новой ветке будет неплохой мыслью. Багратион выделялся из рода с приставкой «Уральский», и Даша потихоньку шепнула ему, что ехать свататься можно смело — родители весьма благорасположены к этому браку.

Петя был окончательно принят семейством Гуриели как жених Софии, но тут с объявлениями пока не торопились, благоразумно решив не ставить палок в колёса императорскому дому и пропустить чету Соколовых вперёд. Впрочем, насколько я понял, Иван близко к сердцу принял мой рассказ о детях, заделанных до свадьбы, и не собирался приостанавливать усилий, направленных в эту сторону.

Так что, в отношении того, чтоб троица несколько остепенилась, можно сказать, я сделал всё что мог. И со покойной совестью собирался в Иркутск. Лапушку свою, Серафимушку, уж две недели как не видел. Домой хочу. Домо-о-ой.

В ПУТЬ

В пятничное утро была у нас мысль Хагена в город заслать — карт дорожных прикупить, однако утро прошло в суете сборов. Да ещё команда техников продолжала тут же в ангаре толочься. Опасались, что скрутят, пройдохи, что-нибудь, лишь бы под видом «ускорителя» представить. А у меня в первой половине дня ещё лекции шли.

Чемодан я с вечера собрал, утром под присмотр Хагену оставил вместе с остатками «алхимии», он свой чемоданчик тоже с утра в ангар унёс, потому как тратить лишнее время на обеденное рассиживание в столовой мы не собирались

Закончил, примчался — смотрю, Хаген технарей припряг барахло в «Саранчу» укладывать, сам внутри стоит, а те по цепочке наверх ему передают. И помощь, и под присмотром, хех.

— Ну что, как оно?

— Регламентные работы закончены в срок, фрайгерр Коршунов! Рабочую обкатку произвёл. Наши личные вещи уложены. Сухой паёк и вода на случай непредвиденных задержек запасены на четыре дня, на сегодня в столовой получены: картофельный суп, сосиски с тушёной капустой и компот в походных термосах!