Онлайн книга «КОМСОМОЛ-2»
|
Да и ладно! — фыркнул Зверь. — По этому поводу чего волноваться! И верно. Пожрать бы чего-нибудь. Но чтобы осуществить эту мечту, желательно бы иметь возможность самому хотя бы сидеть и рот открывать, может какая-нибудь сердобольная сестра с ложки и покормит. А пока, раз нет возможности набить пузо, будем компенсировать сном… САНИТАРНЫЙ ПОЕЗД Южная Моравия, госпиталь в Кршижановице — русский санитарный поезд 11 января 1948 года, утро Аркадий Утро принесло некоторые изменения. Теперь я мог смотреть. И ещё немножко руками шевелить, еле-еле. В мой гробик пришла пожилая санитарка, которую в обычной жизни я назвал бы бабушкой, принесла утку, уговаривала не стесняться. Стесняться у меня, честно говоря, даже сил не было. Впрочем для утки у меня тоже почти ничего не было — такое впечатление, что высушило меня, как мумию, вместе со всеми природными жидкостями. Как не помер? Ума не приложу. Потом, придав моей тушке слегка приподнятое положение, меня кормили-таки с ложечки питательной пшённой кашкой. И поили тоже с ложечки. Жиденьким сладеньким чайком. Санаторий, ядрёна колупайка! Ненавижу чувствовать себя беспомощным. Доктор же сказал — пройдёт. Чего ж не проходит? Был бы я доктор, нашёл бы что сказать… — Ты не расстраивайся, касатик, — утешала меня сестра, тоже уже сильно немолодая женщина, — сейчас в поезд тебя погрузят, там бригада хоро-ошая. Повезут в императрицын госпиталь… всенепременно вылечат… Ешь-ешь! Сильные маги Родине знаешь как нужны? М-м-м! Тебе надобно не капризничать, сил набираться… Уговаривала она меня, будто я дитё малое. Может, думала, что я из вредности едва жую? А я боролся с жиденькой пшённой кашкой и не мог понять — издевается она, что ли? Или просто всем раненым одну и ту же утешительную песню заводит. Вот это вполне вероятно, да. От процесса еды я так устал, что уснул мгновенно и проснулся только когда почувствовал, что меня снова куда-то тащат. После полумрака бокса дневной свет резанул по глазам, я аж снова зажмурился. — Этого в спецвагон! — требовательно сказал надо мной майорский голос. — Основания? — не менее строго вопросил в ответ женский. — Некромант. Меня так и подмывало возмутиться — почему все считают меня некромантом? Это же какой-то болезненный бред! Не может оборотень некромантом быть, принципы формирования манопотоков… Тут майор начал говорить очень настойчиво, сбив меня с мысли, которая казалась мне важной: — Точных данных нет. Шёл в составе разведгруппы, без печёрских шевронов. Подозреваем инициацию на фоне тяжёлого стресса, потерял почти всех своих боевых товарищей. Вы же не хотите… — Да уж, поднятая мертвецкая мне в поезде не нужна, — совсем другим тоном согласилась докторша. И кому-то в сторону: — Слышали? В спецвагон. — Так точно! — отозвались два голоса, и меня поволокли. — Согласно утверждениям сопровождающих, боец является оборотнем, — поспешил добавить майор. — Не может быть! — возразила докторша. Голоса всё больше отдалялись. — Я также сказал, но они настаивают. Возможно, редкий вариант магической формы. Я бы даже сказал, уникальный. — Н-ну допустим. А этот? — Также случай весьма странный, но в несколько иной плоскости… — начал объяснять ей майор, но окончания я уже не услышал. Затопали по деревянному настилу ноги, железно загремели замки. Солнце перестало долбить в веки. В вагон занесли! Теперь можно было смотреть. |