Онлайн книга «КОМСОМОЛ-1»
|
Хотел я ещё чего-то ему умное сказать, но вышло только: — Гос-споди, да как же?.. Просто артиллеристов буквально на куски порвало. На фарш. «А не знаем! Но надо! — от бруствера, щедро заляпанного красным, отделился ещё один призрак. — Как хочешь делай, но надо, чтоб мы могли стрелять!» «А то что ж получается, зря всё?» — ещё один призрак. Ядрёна колупайка, осознать бы ещё, как я это делаю. По-моему, просто делаешь — и всё. Как-то так. Спасибо. Ты о-о-очень мне помог. Ну — чем мог. — Вы простите, братцы, если что не так получится, — заранее повинился я и принялся «лепить», вливая… нет — заливая всё вокруг сиренью. Подмечая, что сама собой она на окружающее никак не действовала, а вот из моих рук — ого! Шевелящиеся и сползающиеся друг к другу останки заставили меня снова усомниться — не помер ли я? Впрочем, особо предаваться философии было некогда, артиллеристы торопили меня в три голоса, так что я только и успевал «плескать». В итоге из огромной воронки поднялась страшная до одури штука. Даже не знаю, как ещё можно было это назвать. Словно из глины слепленная колченогая хреновина с тремя головами, двумя длиннющими руками и тремя ногами. «Охренеть! — оценил монстра один из призраков, а потом втёк в эту страховидлу, и левая голова повернула ко мне своё лицо: — А работает! Робяты! Давай сюда все!» Два других призрака один за другим влетели в… да как его называть-то? Голем? Создание? Рукотворный гекатонхейр спокойно и даже как-то буднично перевернул пушку, подтащил снарядный ящик и затолкнул в затвор снаряд. «Ты б шёл отсюда, разведка. Они ж сейчас в нас лупить будут. Дал ты нам второй шанс, спасибо», — и корявая длинная рука отдала мне честь, прижавшись к виску одной из голов. — Бывай, артиллерия! — я рванул до ближайшего окопа. НАШИ Я бежал. А позади вздрагивала от выстрелов из пушки земля. Да, я по-прежнему не слышал «живых» звуков. Но мёртвые артиллеристы показали, что не зря я помог им. Одна из бронекоробок дёрнулась, и из неё показалась робкая струйка дыма. А потом вражеская машина так жахнула, что взлетевшая в небо башня, рухнув, прибила несколько своих же пехотинцев. А у второго ползуна раскатилась лента гусеницы, машину развернуло под углом. Всё — отъездился, по крайней мере на сегодня — точно. Я бежал по виляющей траншее окопов. Мимо серых фигур солдатиков. Взглядывая на поле. Вот ещё один ползун задымил. Остальные были то ли ловчее, то ли лучше подготовлены. Они то разгонялись во всю свою мощь, то резко тормозили, выплёвывая снаряды в огненных вспышках. И в линии наших укреплений вспухали новые, неслышимые мной взрывы. Я бежал, понимая, что окопы на нашем фланге практически пусты. Здесь не было серых стреляющих фигурок — только лежащие тела, чьи глаза видели уже совсем другое небо. А вон наш «Мортье»! Второй раз за этот день меня словно холодом окатило. Даже отсюда я видел, что огромный корпус лежал не так. Что могло его сдвинуть? Прямое попадание снаряда? Или вон тот протаранивший его в бок ползун? За ним оказался ещё один, чуть не доехавший, чадящий гарью, практически навалившийся на огнемётный окопчик, на краю которого лежал Лёха. Я кинулся к нему: — Волчок! Жив? — я перевернул тело и увидел, как страшно он обожжён. На превратившемся в кровавую маску лице слабо шевелился провал рта. А я не слышал его. Не слышал!!! Значит, Лёха ещё жив! |