Онлайн книга «КОМСОМОЛ-1»
|
Вот в дурацкой ситуации я оказался. Не разъяснять же им, что для меня самого такой объём резерва оказался неожиданным? Решил не мудрить и ответил просто: — Понял. — Ну и отлично. И словно дождавшись этих последних слов, над полем взвилась красная ракета. ПОД ПРИКРЫТИЕМ — Началось, — уже совсем без улыбки произнёс Лёха. Из глубины вражеских позиций раздался слаженный многократный грохот, словно мощная гроза прокатилась по фронту. Секунда — и небо наполнилось характерными приближающимся воем. Раньше мне эти звуки только с другого конца слушать приходилось, когда на учениях рядом с гаубицей стояли. Мелькнула мысль: похоже, недорогие противнички подтащили гаубичную батарею. А организм на чистых рефлексах поставил щиты. На удивление, получились они сразу, и довольно приличные. Но разум удивляться щитам отказывался, сосредоточась на стремительно приближающемся, заполняющем небо шелестящем звуке. Вот он придвинулся совсем близко… с резким «щ-щ-ща-х-х-х!» пронёсся мимо — громыхнуло сильно позади позиций, ещё и ещё, так что земля отозвалась мелкой дрожью. Гаубицы рявкнули снова — и снова этот приближающийся шелест. Почему-то, если закрыть глаза, настойчиво вспоминалось детство и безумные ледяные горы в Железногорске, когда на обледенелой шкуре-катушке разнёсся уже до предела, и слышен такой же шелест-свист. Слаженно грохнули взрывы — снова далеко за второй линией окопов. — Куда бьют-то? — с недоумением спросил я, перекрикивая грохот разрывов. — Там же, вроде, никого нет? — Маскировка! — Дождавшись перерыва в грохоте почти нормально сказал Артак. Тут загрохотало и завыло снова, и он закричал: — Лейтенант Снегирёв — мастер маскировки, вообще многое в этом превзошёл! Его поэтому сюда и назначили! Ещё шаман у него в помощниках! Ну этот, который минёрам помогать ходил. Они все эти дни маскировку непрерывно по очереди держали. Так что лупят цивилы в белый свет как в копеечку! И прекрасно! Будет уродам сюрприз! Ежели так, то, конечно, здорово. Полтора часа гаубицы коалиции утюжили пустырь. Мы уж ждать устали. С другой стороны — нам меньше достанется, да и госпиталю дополнительное время. Так что я согласен был и сутки так просидеть, но внезапно после очередных разрывов наступила прямо-таки звенящая тишина. Я аж из ниши высунулся. — Всё, что ль? Тут же, натурально мне в ответ, с той стороны дружно захлопало, и поле перед нами покрылось миномётными разрывами. Что примечательно, гарь и взвесь не торопились оседать. — Дымы́ставят! — авторитетно высказался барсук. — Ну давай-давай, сами же в мины забредёте! Все приникли к брустверу. Местность перед нами из монотонного серого-чёрного вида моравской зимы превращалась вообще в мутную хмарь. Будто в тяжком сне. Серая дымка висела кисеёй, сверху сыпал мелкий дождик, а в колеблющихся клубах словно ворочались какие-то огромные фигуры. Жутковато. Я оскалился. Врёшь, вражина! Не напугать тебе нас. Пострашней штуки видали! Да хоть батяню в боевом облике — это ж обосратушки! Или тётю Айко. Там обосратушки вдвойне. А сам сказал: — Идут. — Нужно было что-то сказать. А ещё лучше бы — сделать, чтоб успокоить внутренний мандраж. Из дымки проступили высокие, угловатые силуэты шагоходов. Франки! Снова средние шагоходы, разные, конкретно на нас пёр, если я не ошибаюсь, «Мортье». Уж больно обводы у него характерные. |